Стеклянный дом

Он не имел отношения к убийствам, но, может быть, способен прояснить, так сказать, предысторию вопроса. Расспроси его о киноклубе и Теа Альдрин. И о нашем друге Элиасе Юрте.

Они сидели одни в «Логове льва», подводя итоги дня, в течение которого все несколько раз менялось.

– Что ты думаешь по поводу информации Турбьерна Росса? – спросил Петер.

Лицо Алекса напряглось.

– Я думаю, что к ней надо относиться очень осторожно, – медленно проговорил он.

Поборов сомнения, он пересказал Петеру, что произошло в выходные.

Об их поездке на рыбалку и очевидном нездоровом интересе коллеги к Теа Альдрин.

– И он до сих пор навещает ее? – Петер был поражен услышанным. – Но ведь прошло уже несколько десятилетий!

– У него идея фикс найти ее сына и привлечь ее к ответственности за его смерть.

– Но если даже он мертв, на убийство уже вышел срок давности, разве нет?

– Что делает всю эту ситуацию еще более абсурдной. Но, судя по всему, для него это не имеет значения.

Петер помассировал виски.

История Турбьерна Росса, словно мокрое одеяло, легла на следствие дополнительной тяжестью. Элиас Юрт был юридическим представителем автора книг «Меркурий» и «Астероид». Росс рассказал, что по мотивам книг было создано так называемое снафф-видео, которое полиция конфисковала при обыске в стрип-клубе. Кроме того, Росс утверждал, что печально знаменитые книги написала Теа Альдрин – что, по его мнению, доказывало, что она душевно больна."

"Однако Петера мало волновало, была ли писательница душевнобольной, ибо это не в компетенции полиции.

Как и написание безвкусных произведений. Что же касается фильма, Петер не совсем понимал, к чему Росс его приплел. У следователей сложилось мнение, что это подделка, то есть не настоящее снафф-видео. И, насколько понял Петер, за это время не всплыло никаких новых обстоятельств, опровергающих эту оценку.

– В этом деле что-то не так, – сказал Росс. – Что-то так и осталось невыясненным.

Петер чувствовал себя спокойно: он знал, что Алекс не обращает внимания на такого рода притянутые за уши рассуждения.

Однако оба понимали, что игнорировать Теа Альдрин дальше невозможно. То, что она не могла говорить, уже не имело значения. Они должны навестить ее, попытаться каким-то образом пообщаться. Если удастся доказать ей, что они действуют в ее интересах, есть надежда, что она согласится сотрудничать.

– Завтра мы для начала допросим Вальтера Лунда, – прервал Алекс размышления Петера.