Старшина Империи. Часть первая

Под кулаком хрустит нос, брызжет кровь, главное не использовать внутреннюю силу! Оттолкнуть его в сторону, чтобы принять на блок удар капрала Гвоздева. Мимо меня с криком проносятся трое морпехов, врубаясь в ряды группы поддержки Боброва, один из них Гадел, остальных не узнал со спины. Поднимается дикий ор и шум!

Скручиваюсь вниз, бью в колено Гвоздю, тут же обратно, что бы выдать ему в бороду, но промахиваюсь — один из татар, подкравшись сзади, кидает его с прогиба между койками, и, кажется, сам приземляется не удачно, потому что не спешит подняться обратно на ноги.

Сзади прилетает и мне, сначала удар, а потом захват за шею. Покачиваю плечами, с рывком чужого локтя, и уходом вниз, перекидываю через свою голову Уманцева, тут же добиваю его в челюсть, и выныриваю перед новым противником. А вот и Бобров! С разбитым носом идет в атаку, пытаясь провести классический джеб. Ухожу от удара, в бок прилетает тумбочка, сметая меня на пол, падаю на спину, перекат. На палубе кубрика лежит Осокин с разбитой головой, над ним стоит Гадел, прикрываясь от ударов Агашкова, которого я не преминул быстро подбить под колено, заставляя его покачнуться и открыться…

И снова передо мной Бобров, не успеваю среагировать, и пропускаю удар по зубам, больно, нырок, и в нос, снова в нос, старшина вопит от боли, фронт кик в грудь, и его уносит от меня.

— Отставить! Что здесь происходит!? — разворачиваюсь и вижу незнакомого мне старшего мичмана."

"Как по волшебству все стихло. Встаю по стойке смирно, рядом вытягиваются Гадел, капрал Гусаров, и капрал Опричников, который дрался против нас, у всех троих лица в крови, у меня самого разбиты губы, и, кажется, рассечена бровь.

Оглядываюсь — с дальних коек, как ни в чем не бывало, вскакивают не принимавшие участие в драке трое старших матросов и капрал первого класса Ариафин. Всё, остальные все лежат на палубе, кто-то легко постанывает, а вокруг бардак: разбитые тумбочки, порванные подушки, одеяла валяются….

— Проводим подготовку личного состава по рукопашному бою в замкнутом пространстве, господин старший мичман! — оскалился я в кровавой улыбке, чувствуя, как меня охватывает лихая бесшабашность.

— И кто победил? — скептически посмотрел на меня обер-офицер.

— Наши, Ваше благородие.

— Хорошо, что наши. — кивнул он. — Раненых в лазарет, и всему отделению наряд вне очереди, драить палубу, и запомните, для тренировок есть спортзал!

Иллюстрация. Морские пехотинцы, бой на палубе корвета.