Старшина Империи. Часть первая

 — поспешил меня приободрить Ерастов, видя мою кислую физиономию, и поняв о чём я думаю. — Как видишь, его ставка на тебя оправдалась. Собственно, из-за этого я здесь, а не на флагмане. Специально тебе вредить никто не станет, но при случае сожрут с удовольствием, и пикнуть не успеешь, что бы досадить нашему генералу, особенно, если им за это ничего не будет, а на него тень бросит. И снова, как видишь, его предусмотрительность оказалась вещей.

— Поразительно. — покачал я головой в смешанных чувствах. Я был и удивлен, и немного напуган, и впечатлён масштабами происходящего.

 — Александр Ярославович, а эта вещая предусмотрительность от индекса развития зависит? Люди с силой от пятидесяти пунктов будущее могут предсказывать?

— Кто его знает, Ростислав. — пожал плечами премьер-майор. — У меня всего сорок три. — кхм, я внутренне аж подавился от зависти. — Может, и могут, только не говорят об этом, они вообще не болтливы, но в твоём случае, предсказывать могут все, кто знает твоего отца, деда, а теперь и тебя.

 — рассмеявшись, он похлопал меня по плечу. — Главное, будь осторожен, я не всегда смогу оказаться рядом, и прикрыть, не чуди слишком сильно.

— Хорошо, Александр Ярославович. Не буду. — кивнул я, улыбнувшись ему в ответ, всё-таки прав был отец, когда говорил, что никакая беда не страшна, когда рядом с тобой друзья. Я физически ощущал, как меня отпускает напряжение последних часов, а масштабность интриг вокруг академии и моей персоны начинает казаться незначительной.

— Кстати, Ростислав.

А из-за чего дуэль была? — мой собеседник и ангел хранитель в одном лице проявил, наконец-то, интерес к причине произошедшего. — Правду говорят, что из-за женщины?

— Да, так и есть. — ответил я, подумав о Лире, и не спеша рассказывать всё в подробностях.

— Точно в отца и деда. — усмехнулся Александр, подумав о чём-то своём. — Но ты их переплюнул, нашёл из-за кого драться, из-за Женьки Восьмизаровой, она же старая, ей за сорокет. Абаимов подтвердит.

— Вы так говорите, потому что она Вам отказала.

 — повернувшись к нам, и подмигнув мне, сообщил лейтенант. — А так, да, ей сорок один год.

— Ах, ты ж, — шутливо рассердился майор, а я понял, что серьезный разговор закончился. — Береги себя Ростислав, тебе еще жить, и жить, в отличие от некоторых. — попрощался он со мной, покосившись на Абаимова.

* * *В кубрик я вернулся в каком-то странном состоянии, не обращая ни на что внимания. Абсолютно ничего не хотелось делать, даже думать.