Старшина Империи. Часть первая

"

"— Александр Ярославович, — улыбнулся я ему, потому что был рад видеть старого друга моего отца, от него, как будто повеяло тем уютным вечером в пансионе перед присягой. — Нельзя мне никуда, с минуты на минуту ожидаю вызова на дисциплинарную комиссию, линию защиты готовлю.

— Какую еще комиссию? — удивился Ерастов, — ааа, эту! — протянул он, снова улыбнувшись. — Не жди, был я там, ничего интересного, да и прошла она уже, пойдем быстрее, по дороге расскажу.

— Как прошла? — вздрогнул я от неожиданности, а в голове зашумело от волнения.

— Ростислав, ну, что ты, как ребенок, ей-богу? — майор по-отечески приобнял меня за плечи. — С каких пор для обсуждения необходимо присутствие человека? Собрались по-быстрому дружеской компанией, не привлекая внимания, решили, что незачем тебя звать, назначили наряд вне очереди, и всё. Так что забудь, за мной, шагом марш!

— Но это не правильно! — взволнованно влез в разговор Залесский, от возмущения забыв, с кем разговаривает.

— Абаимов, на крейсере, что, кроме меня, еще премьер-майор появился? — Александр Ярославович в наигранном удивлении повернулся к своему помощнику.

— Никак нет, Ваше высокоблагородие, но Вы по ошибке старый китель надели.

— Ясно. А ты кто? — Ерастов перевел взгляд на Филиппа Игоревича.

— Старший мичман, граф Залесский.

— Ага. — кивнул чему-то майор, и полез в свой планшет. — Ты то самое распоряжение командующего видел, читал? — не отвлекаясь от коммутатора, спросил он.

— Никак нет. — голос Филиппа Игоревича становился все менее слышимым.

— Потому что нет его. — припечатал Ерастов. — Устное оно, даже в уставе не прописано, а закон относится только к военному времени, юристы постоянно путают. А я видел вот это. — Александр Ярославович развернул проекцию с планшета к Залесскому. — Твоё заявление о переводе?

— Моё.

— Одобрено, и подписано. — улыбнулся заместитель командующего академией, — в шестом отделении, как раз мичмана не хватает. Чего стоишь? Шагом марш, вещи собирать!

Залесский выскочил из кубрика, как пробка от шампанского.

— Не люблю таких. — поморщился майор, а затем улыбнулся, обводя взглядом моих обер-офицеров. — Господа, приглашаю вас с нами в кают-компанию, экзекуции отменяются, будем праздновать.