Старшина Империи. Часть первая

 — оправдывался Сефф, — и вообще, это поединок века, когда еще сойдутся шкаф с антресолькой? Не поставить на такое — грех!

— Он прав насчёт эпичности, — присоединился к разговору Гусаров, — я такого самолюбования мужика самим собой еще ни разу не видел.

И понеслось, кто, сколько, и на кого. Поединщики заметили нездоровую суету, и быстро разобрались в чём дело. Началась реклама того, за сколько ударов они разберутся со своим противником, кто, кого, в какой рог скрутит.

— Ставки закончены! — возвестил Сефф, выходя на маты между бойцами — господа, перед вами два великолепных бойца, два жеребца космических просторов, и сейчас они сойдутся в жестокой схватке, что бы определить, кто же из них сильнейший, и кто достоин любви прекрасной Сельды.

— Слушай, Хирш же твой друг, — спросил я Цнаймера, — так почему ты против него такой коэффициент поставил?

— Что бы заработать, командир, смотри.

Подбадриваемый всеобщим вниманием Степан резко рванул к Хиршу, пытаясь…, не знаю, что он хотел сделать, может провести захват, но Феймахер его опередил.

— Разгон на сто рублей… — протянул Осокин.

— А результат и копейки не стоит. — согласился с ним Гвоздев.

— Я всегда держу свое слово! — Хирш стоял над поверженным противником, который, кажется, пребывал в глубоком нокауте.

— Ладно, делимся на пары. — призывал я ребят к организованности. — Только давайте без членовредительства, Миша, посмотри Стёпу.

— Да, давайте уже начинать, и так времени много потратили. — соглашался со мной барон.

Все как-то резко потеряли интерес к прошедшему поединку, и стали расходиться в пары для спаррингов.

— Господа, не расходимся! — метался между нами Цнаймер, — деньги переводите вот на этот счёт!

Глава 14

— Хрум, хрум, хрум — Рифкат Чюватов с упоением лопал чипсы, сидя на кровати Гадела, и уставившись в инфопланшет, компанию ему составил, и Ахад Ордынцев, который не отставал от друга в работе своих челюстей, — хрум, хрум, хрусть! — Наступили долгожданные для ребят выходные.

— Смотри, что она вытворяет! — давясь картофельными крошками воскликнул Чюватов.

— А что за модель гравициркла у неё? — пытался уточнить Ордынцев.