Развод. Боль предательства

Я просто думала, что он такой человек, что ему тяжело о чувствах говорить. Бывают же такие люди. Вот он и молчит.

Мне и в голову не могло прийти, что он женился без любви, по расчету, ведь с меня нечего взять! А оно вон что оказывается…

Внезапно слышу шаги сзади, и вновь ощущаю на своем запястье пальцы Кирилла.

— Ксюша, подожди!

— Пусти меня.

— Послушай…

— Отпусти меня, Кирилл! Ненавижу тебя! Я проклинаю тот день, когда мы с тобой познакомились! Лучше бы я никогда тебя не встречала! — кричу я ему в лицо.

— Прости меня. Я …

— Иди к черту! — я вновь выдергиваю руку и быстрым шагом ухожу прочь.

Лишь бы подальше отсюда. Лишь бы подальше от него.

Кирилл

Примерно год назад

— Ты в курсе, что арабы отказали Спиридонову в сделке? — обрушивает на меня новость Рома."

"Я перевожу на него изумленный взгляд. Рома развалился в кресле в моем кабинете и, закинув ногу на ногу, с интересом взирает на меня, видимо, ожидая моей реакции.

— Неожиданно, — бормочу я. — Думал, это уже дело решенное.

— Ага. Все так думали, — веселится Рома. — Но я тебе сразу сказал, что арабы — переговорщики неудобные. И они, как немцы, очень долго и придирчиво изучают потенциальных партнеров, иногда даже по два-три года. Плюс у них там куча национальных особенностей и заморочек. И то, что для нас не особо важно при выборе делового партнера, для них является принципиальным. Там вообще их сложно порой понять.

— Я все это знаю, — нетерпеливо отмахиваюсь я.

Рома, как всегда, решил поумничать и прочитать мне лекцию. Очень в его стиле.

— Ты мне скажи, что там пошло не так? Я ведь знаю, что у тебя есть инсайдер в компании Спиридонова, — спрашиваю у него.

— Есть, — довольно усмехается он. — Ты не поверишь, если я тебе скажу.

— Да говори уже, не тяни, — начинаю раздражаться я.

— Сам Спиридонов их не устроил!

— В смысле? А что с ним не так? — заинтересованно спрашиваю я.

Нет, мне тоже не особо-то нравится Спиридонов, но скорее потому, что он — мой главный и основной конкурент. Но компания у него сильная, и управляет он ей грамотно, этого я не могу не признать.

— Ему почти сорок, и он не женат! — выдает мне Рома так, словно это все объясняет.

— И что? — не понимаю я.