Старикам тут не место

Он поднялся по трем ступенькам на деревянное крыльцо и негромко постучал в дверь. Снял шляпу вытер лоб рукавом и снова надел.

Входи, донесся голос.

Он открыл дверь и ступил в прохладную тьму.

Эллис?

Я тут. На кухне.

Он прошел на кухню. У стола в кресле-каталке сидел старик. Затхлый воздух бил в нос застоявшимся запахом жареного бекона и дыма от дровяной плиты но все перебивал острый запах мочи. Вроде бы кошачьей но не только. Белл остановился на пороге и сиял шляпу. Старик взглянул на него. В одном глазу мутное бельмо.

А, Эд Том. Не знал что это ты.

Как поживаете?

Сам видишь. Ты один?

Один.

Присаживайся. Кофе хочешь?

Белл глянул на хаос царивший на столе покрытом клетчатой клеенкой. Пузырьки с лекарствами. Хлебные крошки. Журналы о скачках.

Спасибо нет, отказался он.

Твоя жена прислала письмо.

Можете звать ее Лореттой.

Конечно могу. Ты знал что она иногда пишет мне?

Да, написала раз или два.

Больше чем раз или два. Она постоянно пишет. Рассказывает ваши семейные новости.

Не знал что у нас есть какие-то новости.

Ты удивишься.

Так что такого особого она сейчас написала?

Что ты уходишь в отставку только и всего. Подал заявление.

Старик не стал ждать подтвердит Белл или опровергнет это известие. Достал щепотку табаку из мешочка рядом и принялся скручивать самокрутку. Послюнил конец перевернул и прикурил от старой «зипповской» зажигалки стершейся до латунного корпуса.

Как живете? спросил Белл.

Да живу вот.

Он откатил кресло немного в сторону и посмотрел на Белла сквозь облако дыма.

Должен сказать с виду ты старей стал.

Не только с виду.

Старик кивнул. Белл взял стул сел и положил шляпу на стол. Сказал:

Хочу вот спросить вас.

Спрашивай.

О чем вы больше всего жалеете в жизни?

Старик посмотрел на него. Подумал и сказал:

Не знаю. Не так уж много такого о чем я жалею. Ну то есть можно придумать массу вещей которые вроде как делают человека счастливей.

Понимаю о чем вы.

Конечно понимаешь.