Станешь моей

— Насмешила! И что ты будешь делать со своим пистолетом против десяти, например?! И откуда у тебя пистолет?!

— Но я не могу просто сидеть и смотреть на это всё! — отвечаю лишь на первый вопрос.

— Нам надо уносить ноги! — уверенно заявляет Стёпа.

Я резко вырываю из его цепких рук и выхожу из кустов. Слышу злобный шёпот. Осторожно продвигаюсь к хостелу. Подойдя к дверям, я слышу шум и крики. Трусиха во мне готова отсюда бежать подальше, но мне стыдно, что из-за меня могут пострадать невинные люди. Возможно, я смогу им как-то помочь…

Дверь чуть приоткрыта, и я осторожно заглядываю.

На диване сидит Игорь с разбитым в кровь лицом. Моё сердце сжимается. Над ним стоят огромные амбалы.

— Смотри, какую штучку здесь нашёл! Может, Максу покажем? Он любит таких потаскух!

По плачу я догадываюсь, что они пристают к Кате.

— Ребят, я уже все сказал. Эта девочка тут ни при чем! Давайте разойдёмся по-хорошему! — отвечает Игорь, не теряя самообладания.

— А чего ты нам сделаешь, мудила?! Ты говори, где наша «девочка» и тогда твою мы не тронем!

Глава 7

Я не вижу кто пришёл за мной, но по голосу это точно не Макс.

Скорее всего, он послал своих амбалов, которые безжалостны абсолютно ко всем… Даже к женщинам. Словно в доказательство моих мыслей в этот момент Катя начинает визжать. Моё сердце сжимается.

— Нет её! Она съехала, и я ничего о ней не знаю! — кричит Игорь с надрывом.

— А сначала ты говорил, что не понимаешь, о чем мы говорим! — звуки ударов. — Кость, давай отымей его шлюху, и он всё расскажет!

Крик Кати снова разрезает воздух.

Хватит! Не позволю им издеваться над людьми! Я не могу больше бездействовать и достаю пистолет, вспомнив всё, чему учил меня Кирилл. И только я, толкнув ногой дверь, залетаю внутрь, как гаснет свет. Темнота становится абсолютной. Мат, крики, грохот.

Меня кто-то хватает за талию, захлопывает дверь и, перекинув через плечо, пускается в бегство.

Всё происходит так быстро, что я не успеваю даже испугаться и как-то отреагировать. Через мгновение придя в себя, пытаюсь вырваться, но, увидев знакомую шевелюру, успокаиваюсь.

— Стёпа, отпусти меня! — кричу возмущённо.

— Она еще на меня и орёт! Мало того, что ты меня сейчас всего исцарапала, так теперь еще и возмущаешься! — отвечает, запыхавшись.

Всё это он произносит, продолжая бежать с нелёгкой ношей. Повиснув вниз головой, замечаю, что Стёпа бежит не через ту арку, в которую я заходила, а в узкий проход между домами, в котором мы с трудом, в таком виде, помещаемся.