Стань диким!

Огонек по папоротниковому тоннелю добрался до пещеры Пестролистой. Выйдя на крошечную поляну, он увидел целительницу — та заготовляла какие-то душистые травы.

— Можно попросить у тебя немного мышиной желчи от клещей? Щербатая просила, — промяукал Огонек.

— Сейчас, — ответила Пестролистая, сдвигая лапами два пучка трав в один и перемешивая душистую кучку длинным изящно выставленным коготком.

— Ты занята? — спросил Огонек, усаживаясь на теплый участок земли.

— Я должна быть готова к любым неприятностям, — промурлыкала Пестролистая, глядя на него своими прозрачными янтарно-желтыми глазами.

"Огонек встретил ее взгляд и отвернулся, ему почему-то стало неловко, даже шкурку под мехом защекотало. Пестролистая вновь переключила свое внимание на травы.

Огонек ждал, ему было приятно тихо сидеть тут и наблюдать за ее работой.

— Ну вот, — мяукнула она наконец. — Готово. Так чего ты хотел? Мышиной желчи?

— Да, если можно. — Огонек поднялся и потянулся, поочередно вытягивая задние лапы. Солнце напекло ему спинку, и его стало клонить в сон.

Пестролистая нырнула в пещеру и вскоре вынесла оттуда что-то, крепко прикусив зубами. Это был маленький клочок мха, болтающийся на тонкой полоске коры. Она осторожно передала его Огоньку. Перехватывая зубами полоску коры, он почувствовал на себе ее теплое приятное дыхание.

— Мох промочен желчью, — объяснила Пестролистая. — Смотри, чтобы случайно не попал тебе в рот, не то будешь отплевываться несколько дней. Все будет горьким. Намажь этим клещей и потом непременно вымой лапы — в ручье, а не языком!

Огонек кивнул и побежал к Щербатой.

— Сиди смирно! — мяукнул он старой кошке. Он осторожно передними лапами прижал комочек мха к каждому клещу.

— Раз уж ты испачкал лапы, вынеси за мной нечистоты! — потребовала кошка, когда с клещами было покончено. — А я, наверное, посплю. — Она зевнула, показав щербатые темные зубы. Ее тоже разморило на солнышке. — После этого ты можешь отправляться по своим делам — уж не знаю, что вы, ученики, должны делать… — промурлыкала она.

Почистив подстилку Щербатой, он оставил ее дремать в тени, а сам направился к зарослям утесника. Ему нужно было добраться до ручья и сполоснуть лапы.

— Огонек! — позвал его кто-то издалека. Огонек обернулся. Это был Полухвост.

— Куда ты собрался? — поинтересовался старый кот. — Ты должен помогать нам укреплять лагерь.

— Я намазывал желчью клещей на Щербатой, — отвечал Огонек.