Спорим, влюбишься?

Теперь Миша находится позади меня.

– А почему я первая?

– Потому что у меня нет колготок, просто Мария. Я – сразу в штаны. Не хочу так позориться.

– Хочешь я свои сниму, и ты их наденешь?

– Иди уже давай.

– Ну давай уйдем, пожалуйста.

– Шестьсот рублей уплачено. С ума сошла? – наигранно возмущается Медведев, подталкивая меня.

– Я тебе их верну.

– Ты еще ни рубля не заработала. Вернет она.

– А, кстати, когда я получу деньги за свой труд?

– Когда пройдешь лабиринт. Маш, иди уже.

– Давай вместе, в смысле синхронно за руку?

– Проход маленький, не видишь, что ли? Не поместимся.

Несмотря на темноту, общие очертания «лабиринта» видны благодаря мигающему изредка свету. И здесь действительно очень узкие проходы. Такая махина как Медведев с трудом один пролезет, не говоря уже о том, чтобы за ручку со мной.

Аккуратно ступаю вперед под завывающие загробные звуки. Запах здесь не слишком приятный. Да и какие-то свисающие сальные тряпки с потолка дико раздражают, а не пугают.

На повороте ожидала чего-то реально страшного. Сердце забилось так, словно сейчас выпрыгнет. Резко свернула, выставив руку вперед, и наткнулась на какое-то качающееся чудище из шкафа. Ерунда какая-то. И это страшно? В чем же подвох?

Только я об этом подумала на очередном повороте, как меня коснулось нечто сверху. Вскрикнула, но тут же успокоилась, поняв, что это всего лишь скелетная «рука».

– То есть тут такая ерунда будет до конца? Ты за что шестьсот рублей заплатил, Миша?

– Тысячу двести на двоих, – насмешливо произносит позади Медведев.

– Лучше бы шаверму и сахарную вату купили.

– Вот с твоей первой зарплаты и купишь.

Только я пожаловалась на «не страшно», как колготки приготовились к первой порции «продуктов страха». Перед нами прошмыгнуло какое-то живое не бутафорское чудище и громко стукнуло какой-то веревкой или ремнем по стене.

– Ужас.

Еле перевожу дыхание, остановившись перед очередной неизведанной комнатой. Бесит, что я отчетливо слышу, как смеется Миша. Почему он не испугался, пугающего нас совершенного точно живого человека, одетого не пойти во что, а я чуть не наделала в штаны?

– Может, теперь ты пойдешь первым?

– Ни в коем случае. Дамы вперед.