Спорим, влюбишься?

– Если живут в твоей комнате, значит вы, как минимум, соседи и приятели. Твой контингент общения, Миша, оставляет желать лучшего. В столь солидном возрасте, пора бы что-то менять в своей жизни. Не за горами уже пенсия.

– А ты, я смотрю, копила за весь день в себе буквы, да? А теперь словесный понос попер?

– Я копила в себе весь день кое-что другое.

– Ты что за сутки так и не сходила ни в один туалет?! Ты больная, что ли?! У Соболевых шикарные унитазы.

– Я в курсе, одним из них я воспользовалась. А копила я терпение, а не то, что ты подумал.

– Ну хоть одна хорошая новость. Все, ни звука больше.

Вот уже чего Маше не занимать, так это послушания. До пункта назначения мы добрались в полной тишине. Судя по настороженному взгляду, Маша явно ожидает подвоха от прибранной комнаты. Однако, как только она вошла в нее, на ее лице промелькнула тень облегчения.

– А почему ты раньше не мог выкинуть всю мебель? Разве тебе нравилось жить в таких условиях?

– Не было нужды, да и, к тому же, не хотелось расставаться со своими друзьями.

– Стой. Ты что уходишь?!

– Да.

– Куда на ночь глядя?!

– На работу.

– Ты где-то подрабатываешь охранником ночью?

– Да.

– Понятно. Ну… тогда хорошей тебе рабочей смены.

– Из комнаты до моего прихода лучше не выходи. Ну, разве что, если приспичит, сходи в туалет.

– Я туда ни за что больше не пойду!

– Хочешь я тебе ведро принесу? – смотрит на меня так, словно я задача по геометрии. – Понял, без него. Короче, старайся не высовываться из комнаты. Если уж припрет, можешь в угол сходить, – а вот и задачка посложнее. Прям для одиннадцатого класса. – Ну не на диван же. Он новый. Ай, ладно, – махнул рукой. – Куда хочешь, туда и ходи.

– На новом месте приснись жених невесте. Диван новый, – зачем-то поясняет Маша. – А вчера на том я забыла сказать эти слова.

– Ну вот и скажи сегодня. До завтра.

* * *Ожидал какого-нибудь подвоха на утро, то ли отсутствующую Машу, то ли покалеченную. Но нет, ни того, ни другого. Встретила она меня уже вполне себе бодрой в очень просторном свитере Василисы. Ей, как ни странно, идет. Вся такая покладистая и миленькая. Лицо уже почти в норме.