Спаситель под личиной, или Неправильный орк

Интересно, а кем была мама Вэйланда?

— Она была человеком, — тихонько сказал седой, встав рядом со мной. — Потому и покинула нас так рано.

Он что, мысли мои читает, что ли?

— У тебя всё на лице написано, — усмехнулся дедушка Вэйланда. — Я тебе расскажу о ней попозже. Или внука моего попроси.

— Отец, у меня нет никакой девушки в человеческом королевстве, да и нигде нет.

— Тогда почему ты уехал? — нахмурился черноволосый.

Вэйланд тяжело вздохнул, готовясь рассказать не самую приятную правду, когда у него в животе недвусмысленно забурчало.

— Может, чуть позже объясню, я просто умираю с голоду. Элай, у нас ничего не осталось из еды?

— Есть хлеб, немного сыра, сухари. И кролик жареный, только он вчерашний.

— Давай! — принюхался и впился в мясо зубами. — Нормальный кролик.

— Да и отравиться не страшно, если что, — хихикнул седой, интересно, как его зовут? — Исцелишься тут же.

Я поняла, что тоже ужасно голодна, рисковать не стала, да и не отбирать же половину кролика у недавнего умирающего.

Доев мясо, Вэйланд оглядел окружающих, потом пошёл к реке, тщательно вымыл руки, не менее тщательно вытер их куском простыни, заменявшим нам полотенце, отряхнул с рубахи несуществующие крошки.

— Хватит оттягивать, — у седого кончилось терпение. — Если хочешь рассказать что-то неприятное — говори. Всё настолько ужасно?

— Вы даже не представляете — насколько, — вздохнул Вэйланд. — Это именно Бастиан организовал моё убийство.

Глава 5. Приглашение

— Это именно Бастиан организовал моё убийство.

После слов Вэйланда, на несколько секунд воцарилась ошеломлённая тишина, потом коричневые хором загомонили:

— Как? Невероятно! Как он мог? Да что ж такое творится? Собственного брата!?

Они были возмущены, ошеломлены, удивлены, но вот чего я не услышала — недоверия. Ни в словах, ни в интонации. Вэйланду поверили сразу и без колебаний, а это о многом говорило.

Седой покачнулся и словно спал с лица. Тяжело опустившись на землю, он обхватил голову руками и стал слегка покачиваться, бормоча совершенно убитым голосом:

— Мой внук… моя кровь… и предатель.

Мне стало его так жалко, сразу вспомнилось выражение «раздавлен горем», теперь я знала, как это выглядит.

И лишь отец Вэйланда не дрогнул.

— Расскажи подробно, как всё было, — спокойно попросил он."

"— А ты, похоже, не удивлён? — мой дракон вопросительно взглянул на отца.

— На твоём ошейнике стоял дополнительный запор.