Преодоление Беды

– Утёс! – воскликнула она, с ужасом глядя на меднокрылую. – В сторону, быстро!

Прежде чем Беда успела спуститься, Рубин вдруг легко откинула прутья и вылетела наружу.

Решётка была не заперта!

А может, её и не чинили, подумала Беда. Скорее всего. Рубин не собиралась использовать тюрьму по назначению, а солдаты, что отводили её сюда, только сделали вид, что заперли узницу.

Значит, Рубин ещё не сдалась, и вовсе она не серая мышь, как считает Пурпур. Интересно, в чём ещё ошибается королева?

Солдаты-тюремщики расправили крылья и храбро преградили путь Беде, заслоняя Рубин, которая подхватила принца на лапы.

– Я знала, что ты сумеешь! – воскликнула она, обнимая сына. – Мой умненький, любименький лунный лучик!

– Я не лучик! – гордо надулся малютка, прижимаясь к её груди. – Сегодня я самый секретный летучий агент, я спасаю мир!

– Конечно, Утёсик, конечно.

Стены зала внезапно потряс оглушительный рёв. Невольно сжавшись, Беда зажала уши. Рёв был хорошо знаком ей с детства и предвещал долгие разборки с оскорблениями и самые суровые наказания.

Алые крылья огромной драконихи распростёрлись над головой, заполняя всё поле зрения. Казалось, королева появилась сразу отовсюду.

– Нет!!! – прогремела она, облетая стражников и бросаясь на дочь и внука.

Все трое врезались в стену, и, прежде чем Рубин успела подняться, старая королева схватила её за горло и прижала к каменной кладке.

– Считаешь себя самой хитрой, жалкое ничтожество? – прошипела королева. – А знаешь, что я сделаю с твоим дракончиком, когда убью тебя? Он вырастет в страхе и будет верным мне и только мне! Даже имя твоё забудет, и станет выполнять все мои приказы!

– Не-а, – фыркнул Утёс, отворачиваясь.

– Он вырастет таким, что, останься ты жива, никогда не узнала бы своего сына! – продолжала Пурпур, окутываясь дымом.

– Я не… – пискнул малютка возмущённо и в то же время испуганно. – Ни за что!

– Он станет моим новым любимым оружием и ничего не будет помнить о тебе! Я стану для него всем!

«Мне одной есть для тебя дело».

«Никто тебя не полюбит, кроме меня».

«В глазах остальных ты всегда будешь монстром».

Слова Пурпур отзывались в голове воспоминаниями – всё громче и громче.

«Она сделала со мною то же самое, – подумала Беда.