Спасатель

– Чего ты?

– Обожди… Я ведь историю помню! Шахты – это не здесь! Другая губерния была! Там ещё какие-то выступления происходили… году эдак в девятьсот шестом.

Озеров пожимает плечами.

– Больше ста лет прошло.

– Да хоть в восемьсот шестом – к нам-то это какое отношение имеет?

– У тебя карта есть?

Искомое обнаружилось в книжном шкафу. Разглядываю условные обозначения… нет… Дата выпуска! Две тысячи десятый год!

– А более старая есть?

Через полтора часа добыли и такую. А пока народ бегал по комнатам, я лихорадочно пытался собрать воедино разбегающиеся мысли.

– Смотри! – тычу в карту пальцем. – Вот они, отметки!

Особист наклоняется.

– Ну?

– Так это даже не наша область! Более того, уже другая союзная республика!

Витька по-прежнему не догоняет.

– Ну да, другая. Союз же был!

– Угу… А как разошлись – так шахты вместе с шахтоуправлением остались там же… Всё логично!

– А почему архив шахтоуправления лежит в Старопетровске, а не там, где шахты? Ближе ведь! Да и границу переходить не надобно, чтобы бумажку нужную сыскать!

Озеров озадаченно молчит.

– Ну… в принципе, в этом… а, пожалуй, ты и прав!

Удовлетворёно хмыкнув, отваливаюсь на спинку стула и подмигиваю старому товарищу.

– То-то же! Есть ещё… хм, порох в этих самых…

– В ягодицах!

Мы оба ржём. Что ни говори, а разрядка нам обоим сейчас необходима.

– Так вот, друг ты мой сердечный! – тыкаю пальцем в карту. – Страна ушла. Вместе с шахтами. Так?

– Так!

– А документация отчего-то вдруг осталась… И где, кстати, ты эти данные надыбал?

– В заводоуправлении. В отделе перевозок. Стоп!

– Дошло? – ехидно усмехаюсь я. – Может быть, ты скажешь мне, профану, за каким хреном на фармацевтическом производстве проявляют интерес к перевозкам какого-то там шахтоуправления?

Вопрос, кстати говоря, далеко не праздный! Два этих направления деятельности никак между собою не стыкуются.

– Ты хочешь сказать… – медленно говорит особист. – Что наши заводы могут быть как-то связаны с этим самым бункером?

– Ничем иным я не могу объяснить наличие этих бумаг в заводоуправлении. Если у тебя есть какие-то иные соображения, готов их выслушать.

Витька молчит. Зачем-то роется в бумагах.