Спасатель

Из них так никто и не пробовал вылезать – страшно… Обугленный БТР наглядно демонстрирует ту участь, которая может ожидать любого из них.

Переговоры с танкистами там явно слышали и видели их результат. Огня из лесу не открыли – ладно. Стало быть, какая-то договорённость всё же достигнута? По-видимому, да. Но о чём?

Оживает динамик радиостанции.

– «Коробочки», это «Мамонт-2». Ну-ка, в темпе, освободили помещение! Стволы оставить внутри. Марш!

Из люков выглядывают головы десантников. Танк недвусмысленно поводит стволом – мол, я долго ещё ждать буду?! Это подействовало, народ стал нехотя вылезать наружу.

Что и говорить, танковое орудие – очень весомый аргумент в любом разговоре! А тут ещё и пулемёт с башни недвусмысленно стволом пошевеливает. Такой калибр да с близкой дистанции… броня БТР не выдержит.

Всего около «коробочек» собралось чуть более тридцати человек. В бинокль я вижу, как танкисты отводят в сторону некоторых и о чём-то с ними разговаривают. Четверо остаются с ними, а вот ещё парочку отводят назад.

"Не договорились?

Внезапно резко и пугающе грохочет башенный крупнокалиберный пулемёт с танка. Мои парни хватаются за оружие, но уже ничего не нужно. Сухо трескают ещё несколько выстрелов. Всё. Около «коробочек» больше никого живого нет. Да-а-а, старший лейтенант, не ожидал я от тебя такой резкости! Видать, мужика всерьёз припекло! Рвёт концы решительно и бесповоротно!

– «Беглец»? – оживает рация. – Давай своих.

* * *Уже на подходе к базе, Богачёв выходит на связь.

– Да в чём дело-то?! – наконец вставляет в разговор свою реплику связист.

– А в том! – чуток остыв, продолжает старший лейтенант. – Кто там сыскался, такой умник, что отправил нас бегать за этими стрелками?

– Так это…Дорошен… ой… «Третий» сам распорядился!

– Ах, вот как? Ну, так пусть встретит нас да сам и полюбуется.

– На что?!

– На то самое! Это не просто так какие-то умники по кустам шарошились – это старопетровские зомбаки!

Вот как нас, оказывается, называют? Не знал.

– Да ну нафиг… гонишь!

– Я гоню?! У двух танков гусянки порваны к свиньям, один экипаж контужен – танк ажно восьмерки по дороге выписывает!

– Иди ты… – недоверчиво произносит связист.