Спасатель

В один далеко не прекрасный день «внезапно» куда-то исчезли все, кто собирался «сделать ноги». Официально их отпустили на все четыре стороны, но в это мало кто поверил. Тем более что в посёлке появились новые люди – и вот у них уже никаких колебаний не имелось. Они приходили малыми группами, по два-три человека. И в итоге заняли практически все командные посты. Никакого разброда и шатания более не наблюдалось – дисциплина поддерживалась на достаточно высоком уровне.

– Основная задача, которая сейчас стоит перед обитателями поселения, – безопасная эвакуация содержимого складов, – здесь Мишка слегка запнулся.

Ещё бы их не имелось! На карте я этот предполагаемый маршрут видел. И мнение разведки вполне разделяю, ибо эта самая эвакуация предполагается в глубь нашей территории. Так что хрен вам всем, дорогие «товарищи»! Лично вдоль границы всё минами засею! Но тут меня обламывают – и весьма жёстко.

– Что будет в случае подрыва на мине какого-нибудь носильщика? – интересуется особист.

И моя затея печально сдувается, ибо я лучше, чем кто-либо другой понимаю последствия удара осколков или взрывной волны по контейнеру со всякой дрянью. Заражение местности нам тогда гарантировано – и это ещё не самый плохой вариант. О худшем и думать не хочу. Встаю и подробно объясняю народу последствия подрыва. Да, собственно говоря, все и так уже это поняли.

"По этой же причине нецелесообразно минировать и дорожку в глубь вражеской (увы, уже вражеской!) территории. Хрен его знает, какая именно там зараза в этом подземелье… Уж точно не лекарства от мигрени!

– Вывод? – спрашивает Демидыч.

Ох, тяжко ему сейчас. А кому легко?

– Допустить вывоза препаратов мы не можем. Даже поднятие содержимого складов на поверхность представляет громадную опасность! – жестко отвечает Филатов. Это наш заведующий научной частью.

Никто ему не возражает.

– Хранилище надлежит уничтожить! – продолжает он. – Всё вместе с обитателями – мы не можем рисковать!

И здесь нет других мнений. Олег, возможно, и мирный человек, но последствия выброса в воздух всякой гадости он представляет намного лучше любого из присутствующих. И поэтому столь категоричен.