Сотрясающий землю

Медсестру сопровождало три человека в белых костюмах санитаров.

– А где же твои родители? – Тетя Лена осмотрелась по сторонам. – Наверное, у главврача вместе с Панкратом… Постойте здесь, сейчас я их позову!

И она быстро ушла.

– Марина пыталась разоблачить верхушку «Экстрополиса», – тихо сказала Ирина. – Она просила меня никому об этом не рассказывать, но вам, думаю, можно. У нее была назначена встреча в парке… Господи. Я только теперь поняла, насколько все серьезно!"

"– А я ведь понимал, что такое может случиться, – с горечью проговорил Никита.

Ксения нежно сжала его руку.

– Все будет хорошо, – пообещала она.

– А если нет?

– Не говори так. Нужно всегда надеяться на лучшее.

Никита стиснул кулаки.

– Если… Если она… Они мне за все ответят!

На лице его промелькнула такая злость, что Ксения, Ирина и Артем невольно попятились.

– Ну и столпотворение, – заметила Вероника. – Я считала, что в больницах в это время уже все спят!

– Видно, сегодня такой день, – сказала Ирина. – Может, уже зайдем к Марине? Посмотрим, как она…

– В какой она палате? – спросила Лариса.

– Легостаева? – вдруг донеслось до них. – Ее недавно привезли из операционной.

Ребята удивленно обернулись на голос. У дежурного поста беседовали та самая медсестра в марлевой повязке и молодой врач. Трое санитаров стояли поодаль и делали вид, что увлеченно что-то обсуждают. Лица всех троих были закрыты такими же марлевыми повязками. Затем врач пошел дальше по коридору, а медсестра и ее сопровождающие направились в сторону пятисотой палаты.

– Ничего себе, – вдруг хмыкнула Вероника. – Видали, какие туфельки у этой медсестры? Точно такие, как мои, за пять тысяч! Помните, я в театре вам их показывала.

Тем временем медсестра скрылась в палате. Двое санитаров вошли вслед за ней, третий остался караулить снаружи.

– Они ведь пошли в палату Марины, – вдруг озадаченно произнесла Ксения.

Никита, не раздумывая, сорвался с места и понесся в пятисотую палату.