Соперник

Джекс тоже смотрел на меня, не замечая официантку, отчаянно пытавшуюся привлечь его внимание: она наклонилась над ним и что-то напряженно говорила. Ложбинку в ее декольте было видно даже со сцены.

Эйдан не отходил от стола, но встал, чтобы было лучше видно, а Мэдок… Мэдок заставил кровь в моих венах вскипеть. Он присосался своим паршивым ртом к сидевшей рядом блондинке и закрыл глаза, как будто меня не существовало вовсе.

Сцепив зубы, я напряглась всем телом, стараясь не показывать свою злость. Я заметила, что Тэйт перевела взгляд с меня на Мэдока и встала, когда началась музыка.

– Поехали! – крикнул рокер за пультом.

Я стала постукивать ногой по полу в такт ускоряющемуся ритму, закрыв глаза и улыбаясь, предвкушая, как растворюсь в музыке.

– You can dress me up in diamonds[9],– запела я, не в силах справиться со сладостным огнем, разливавшимся по венам.

Мне не нужно было смотреть на экран: слова песни и так свободно слетали с моих губ. Она была популярна в моем детстве и прочно въелась в память.

Гортанным голосом я пропевала строчку за строчкой, исподлобья посматривая на толпу. Вдруг на сцену запрыгнула Тэйт со вторым микрофоном в руках. Я с удивлением улыбнулась.

Она потрясла кулаком в воздухе, и мы синхронно закричали:

– Ya make me wanna la la![10]

Толпа в зале, кажется, сошла с ума. И парни, и девушки прыгали как сумасшедшие и пели вместе с нами, а я пела и хохотала одновременно.

Когда публика завелась, я совершенно потеряла из виду наш столик. Может, оно и к лучшему.

Но, даже не видя Мэдока, я надеялась, что он на меня смотрит. Если он не может глаз оторвать от меня, значит, он точно оторвался от нее."

"Я вижу перед собой все, что мне нужно до конца моих дней.

Казалось, что Мэдок, сказавший мне эти слова в июне, и Мэдок сейчас – это два разных человека.

Он так холодно со мной общался, и я не знала: оказалась ли на сцене, чтобы что-то доказать или чтобы его спровоцировать.

– «Ла-ла-ла, ла-ла-ла», – допели мы с Тэйт последнюю строчку.

Я наклонила голову и тут же резко запрокинула, перекидывая волосы на спину. Тэйт обвила рукой мою шею и прошептала:

– Он все это время глаз с тебя не сводил.

Сердце стало колотиться с удвоенной силой, то ли от ее слов, то ли от реакции толпы, так тепло меня принимавшей.

Я знала, что она говорит о Мэдоке, но решила прикинуться дурочкой.