Соломон. Забытая нежность (СИ)

— Хорошо, хорошо! — сдалась Света и снова посмотрела на меня. — Но она пусть тоже идёт с нами на кухню. Я хочу видеть кого ты тут ютишь. Имею на это полное право! Я и так очень долго входила в твое положение, пока ты…"

"— Света! — грубо оборвал Игорь девушку.

В комнате было темно, и никто бы не мог увидеть моих красных щек и растерянного взгляда. Сцена как по мне выходила за рамки…

Игорь прикрыл дверь и уже силой потащил девушку на кухню. А я подумала о том, почему у нормальных мужчин вторые половинки зачастую истеричные особы? Вот так с ходу завелась и пыталась брать его чувства и откровения натиском…

— С кем ты хочешь говорить? Они обе маленькие беззащитные девочки, — тихо говорил Игорь, а мне ещё больше становилось не по себе от его слов.

Маленькая беззащитная девочка… Вот кем я была для него!

— Давай, в выходные мы сходим куда-нибудь вместе и познакомишься с девочками? Но сейчас посреди ночи не нужно их тревожить, — доносились до меня обрывки фраз. — Ты ведь умная женщина, перестань себя так вести…

Пусть я была маленькой беззащитной девочкой в глазах Игоря, но вполне совершеннолетней и далеко не глупой.

Да, многого не знала и пока еще не умела, но вполне быстро обучалась. И понимала что Игорь сейчас загонял себя в ужасные рамки и собирался познакомить нас с той для кого мы всегда будем соперницами. Уверен ли он что Света будет рада такому соседству? А сам он будет рад? И какие чувства он питал к этой самой Свете? И почему до сих пор ничего ей не рассказал про нас? Ее-то наверно он не считал маленькой девочкой…

— Перестань, ты же видишь они совсем ещё дети…

Снова это «дети» резануло мой слух как острым ножом.

Он воспринимал меня как ребёнка. Так же как и Машу… В то время как я… а я видела в Игоре отнюдь не папу или старшего брата!

Вспыхнув румянцем, я отвернулась и уткнулась лицом в подушку, закрывая руками уши, чтобы больше не слышать их разговора. Но тихий говор все равно доносился расплывчатым эхом. Игорь считал меня малолетним ребёнком… Нет, мои чувства к мужчине никуда не делись, но от всех этих слов мне сделалось почему-то больно.

И желание съехать от него только возросло. Мы с Машей мешали ему. Вон даже Света уже не выдержала и прибежала выяснять куда запропастился ее любимый, который все вечера напропалую проводил в обществе двух маленьких и беззащитных детей…

И мне ровным счётом все равно как и где они встречались и… не моё это дело. Но… отчего же так больно в груди?

Наконец все голоса стихли.