Соломон. Забытая нежность (СИ)

Никогда и ничего не придавала этакого этому акту, когда слышала скрип старой кровати в соседей комнате, пошлые охи и матерные слова родителей. Но сейчас млела от нечто светлого и чистого, такого нежного и не грамма не постыдного и грязного, каким представлялся ранее весь этот процесс. Это было прекрасное чувство ощущать мужские руки на своём теле, горячее обжигающее дыхание на коже и стук сердец! Словно я оказалась чистым листом бумаги и Игорь теперь мог нарисовать на нем все что ему только заблагорассудится.

Мужчина вернулся спустя минуту с большим подносом в руках, поставил его на тумбочку возле кровати и встал надо мной, рассматривая потемневшими глазами.

Не знаю сколько длилась эта переглядка и о чем он думал, но я робела под его взглядом. Кожей чувствовала места, где останавливались его глаза и снова ощущала эту тяжесть между ног. Это теперь всегда будет так? И как ему удавалось оставаться таким невозмутимым и сдержанным, когда каждая моя клетка, каждый нерв в предательском теле требовали разрядки?

— Ты похожа на ангела… — прохрипел Игорь.

Матрас прогнулся под тяжестью его веса и он снова оказался сверху меня. Его губы делали со мной нечто невообразимое. Доводили до сумасшествия. Мир сузился до узких рамок и перестало волновать совершенно все что происходило за стенами этого номера. Осмелев, я переместила руки на живот Игоря, ещё ниже… и коснулась твёрдой выпуклости, что прикрывали его боксеры. Он издал сдавленный рык и остановил движение моих рук, заглядывая в глаза.

— Ты уверена, что хочешь? — спросил он, нежно очерчивая пальцем контур моего лица.

Я сглотнула нервный ком и быстро кивнула, прижалась к нему и поцеловала в губы.

— Я боюсь, что если не почувствую тебя внутри, то меня разорвёт на маленькие кусочки, — сорвалось с губ.

Видимо, я вконец лишилась рассудка от страсти и не понимала, что говорю и делаю, но был только этот момент, здесь и сейчас, а все что будет после — не имело ровным счётом никакого значения. Ни то что нас ждали родители Игоря, ни Света — ничто и никто не мог бы меня разуверить в своем желании.

Тугой узел внизу живота крепко обхватил меня в свои объятия. Я боялась и сильно желала почувствовать Игоря внутри. Мне казалось я лишусь чувств от осознания, что бесконечно и безраздельно буду принадлежать только ему одному. Мужчина избавился от боксеров, его горячая и твёрдая плоть коснулась моего живота, и я прикрыла глаза, ощущая приятную дрожь во всем теле.