Согрей меня, или Научи меня прощать

– Здравствуй, Полина, – поздоровался с ней Александр, чем удивил меня.

Но я тут же сообразила, что он наверняка встречался с женщиной раньше, раз бывал в этом доме неоднократно.

– Вы не против, если я займусь уборкой? – спросила Полина. – Я вам не помешаю. Я начну с бассейна и задней части дома.

– Пожалуйста, – почти в один голос ответили мы с Александром, и я принялась спешно допивать кофе.

– Спасибо. Я вас не побеспокою. Дом слишком большой, поэтому я убираю здесь не одна, а со своей семнадцатилетней дочерью.

Полина уже хотела было выйти из кухни, но в этот момент откуда-то послышались громкие женские крики.

– Что это? – Я удивленно посмотрела на Александра.

– Кричит кто-то.

– А кто?

– Это моя дочь кричит, – испуганно произнесла домработница и пулей вылетела из кухни.

– Что случилось, как ты думаешь?

– Не знаю, – Александр пожал плечами и встал. – Ты сиди. Я пойду посмотрю.

– Я с тобой.

Бросившись следом за домработницей, мы чуть не столкнулись с рослой и пышной не по годам девушкой, ее дочерью, которая громко рыдала и кричала так, как кричат на похоронах, когда навсегда прощаются с покойником.

– Леся, тебя напугал, что ли, кто? Что случилось? Да скажи же ты наконец, что случилось?! – Она обняла бросившуюся ей на грудь дочь и принялась ее успокаивать: – Лесенька, кто тебя напугал? Ну скажи, кто?

– Там… Там… – Девушка не могла справиться с рыданиями и произнести еще хотя бы одно слово.

– Да что там-то? Что там?

– В бассейне… Нет… Я боюсь! Там…

Глава 5

Мы добежали до бассейна за считанные секунды.

– О боже… – Я почувствовала, как у меня закружилась голова, и, для того чтобы не свалиться в обморок, прижалась спиной к стене. – О боже! Галка… Галечка… Галчонок…

На бортике бассейна, рядом с опрокинутой бутылкой виски и разбитыми рюмками, лежали два обнаженных тела – Юрия и Гали. То, что они были расстреляны, не вызывало сомнений.

Стоящая рядом со мной домработница сразу схватилась за сердце, закричала и выбежала из помещения. Александр расстегнул ворот рубашки, побледнел, словно сам был покойником, тяжело задышал и, сжав кулаки, забормотал что-то себе под нос. Я по-прежнему стояла у стены и плохо отдавала себе отчет в том, что случилось. Видимо, я просто находилась в шоке и не могла адекватно мыслить и реально соображать.