Согрей меня, или Научи меня прощать

Да, мы из братвы, но мы учимся делать бизнес. Мы пытаемся. Ты же видишь, что мы организовали фирму.

– Я не пойму, ты бандит или нет?

– Да ты сама подумай, что входит в смысл слова «бандит»? Я же не бандит с большой дороги. Я не убиваю, не граблю, не совершаю уголовно наказуемых деяний. Я занимаюсь легальным бизнесом. Вот ты кому платишь, чтобы твой магазин спокойно стоял и на него не было никаких наездов?

– Ментам.

– Правильно, ментам. А ты их считаешь бандитами?

– Кого?

– Ментов.

– Государственными бандитами.

– Ну, это слишком громко сказано. Сейчас же все элементарно просто и голову забивать не надо. Вот ты платишь ментам, а кто-то платит нам, потому что мы тоже в состоянии обеспечить надежную крышу, только при этом нам тоже придется что-то отслюнить ментам, чтобы они не клали глаз на то, что уже принадлежит нам. Так что не забивай себе голову. Я не бандит. Сейчас это называется «бизнесмен». У меня есть знакомые ребята, которые занимаются криминалом, и это их выбор. Никто не вправе их осуждать.

– А других я просто и не ожидала.

Встав с кресла, я пошла к злосчастной тумбочке и достала из нее записную книжку Артура. Открыв страницу с женскими именами, я положила ее перед ним и, с трудом сдерживая слезы, спросила:

– А это что?

– Записная книжка.

– Я вижу, что не рулон туалетной бумаги.

– Все понятно. Сегодня ты навела ревизию и залезла в мой блокнот.

– Я приношу тебе свои извинения. Ранее я никогда так не поступала, но после того, как узнала про твою жену и двоих детей, не смогла себя сдержать от этого шага. Так что это за имена?

– Тут как женские, так и мужские имена.

– Мужских совсем мало. Почему-то преобладают женские.

– И что тебя смущает? Все это связано с моей работой.

– И среди множества женских имен телефон жены. На всякий случай, а то вдруг забудешь…

– Это не правда.

– Правда.

– Тем, что эти женщины нужны мне по работе, а ты моя жена! Люба, если ты думаешь, что я от тебя гуляю, то ты глубоко ошибаешься. Я тебя очень сильно люблю, и мне, кроме тебя, никто не нужен.

Не выдержав, я вышла на балкон и зарыдала. Артур выбежал следом за мной и, положив мою голову к себе на грудь, стал гладить мои волосы, пытаясь успокоить:

– Любонька, любимая, ну прости, если что не так. Я безумно тебя люблю. Просто безумно.