Снег на кедрах

Хотел поспорить, но не стал – знал, что не переспорит. Взгляд побежденного, взгляд отца, большого фермера-трудяги. Привязанного к земле, прикованного к ней. Сын говорил как отец и двигался как отец, но у него были широкие брови, маленькие уши и глаза, как у нее. Сын взял не только от отца. Это был и ее сын тоже, она чувствовала.

– Пойди и отнеси, – снова сказала она и показала на удочку картофелечисткой.

И сейчас, сидя в зале суда, Этта понимала, что не обманулась в своих предчувствиях. Сын вернул удочку, прошло несколько месяцев, он ушел на войну, вернулся, а потом этот японец взял и убил его.

Они не внесли плату в срок, ответила Этта Элвину Хуксу. Не внесли, и все. Не выслали к сроку. Она продала землю Уле Юргенсену, а их долю выслала по адресу в Калифорнию, ей чужого не надо. Выслала все, до последнего пенни. В 1944-м, под Рождество, переехала в Эмити-Харбор. Вот, кажется, и все. Теперь-то она видит, что ошибалась в одном – там, где речь идет о деньгах, от людей просто так не отделаешься.

Глава 10

Элвин Хукс обошел край стола, прохаживаясь все так же медленно и плавно, что было частью его стратегии все утро.

– Итак, миссис Хайнэ, – продолжил он, – в декабре 1944-го вы переехали в Эмити-Харбор. Так?

– Да.

– А муж ваш умер недавно?

– Да.

– И вы решили, что без него не сможете обрабатывать землю?

– Решила.

– Значит, вы переехали в Эмити-Харбор, – подытожил Элвин Хукс. – А куда именно, миссис Хайнэ?

– На Главную улицу, – ответила Этта. – Туда, где магазин Лотти Опсвиг.

– Лотти Опсвиг? То есть магазин одежды?

– Да, он самый.

– В квартиру?

– Да.

– В большую?"

"– Нет, – ответила Этта. – У меня всего одна спальня.

– Значит, в квартиру с одной спальней. Рядом с магазином одежды, – повторил Элвин Хукс. – В квартиру с одной спальней… Позвольте поинтересоваться, сколько стоила тогда аренда в месяц?

– Двадцать пять долларов, – ответила Этта.

– Квартира за двадцать пять долларов в месяц, – повторил Элвин Хукс. – Вы и сейчас живете там? Постоянно?

– Да.

– За ту же плату?

– Нет, – ответила Этта. – За тридцать… тридцать пять долларов. С 1944-го цены поднялись.

– С 1944-го… – повторил Элвин Хукс. – То есть с того года, когда вы переехали? Того самого года, когда вы переслали семье Миямото их долю и переехали в Эмити-Харбор?

– Да, – ответила Этта.