По ту сторону отражения

Однако Кей не сделал ничего из того, что выдумал дурной Настин мозг. Я не знаю, был ли его поступок подтверждением того, что он – личность творческая и знающая подсознательно, каким путем ему следует идти, чтобы достичь желаемого, или же в нем взяло вверх чувство здорового рационализма, которое, видимо, досталось ему от мамочки, но он умудрился найти меня на четвертый день безо всяких там глупых штучек, описываемых соседкой. Он просто-напросто обратился в детективное агентство, и оно за пару дней выполнило его заказ – нашло меня в охраняемом поселке.

На четвертый день пребывания в доме Валерия я, проснувшись и почти успокоившись (аутотренинг – это сила!), вышла на лоджию, чтобы насладиться теплыми полуденными лучами солнца. Но, глянув во двор особняка, где был разбит милый садик, обнаружила там Кея. Во всем черном, как будто он носил траурную одежду, он преспокойно стоял около самых ворот, сцепив руки за спиной.

Заметив меня, растрепанную и стоящую в розовой ночной рубашке, он неожиданно улыбнулся и помахал мне рукой. Я, непонятно чего испугавшись, отпрянула и зачем-то закрылась в своей комнате.

Кей?! Что он тут делает? Как прошел через ворота? Здесь же сигнализация! Да и охрана поселка не пропустит кого попало – как-никак он считается элитным. А может… Я сплю? И мне снится, что Кейтон нашел меня и смотрел мне в глаза.

Я встала, осторожно выглянула в окно, слегка отодвинув занавеску, и поняла, что мне это не показалось – под окном действительно стоял солист «На краю», облаченный в черные джинсы, черные же кроссовки и майку без единой надписи или рисунка.

Единственным ярким пятном на этом фоне был только большой букет в серебряной фольге. Именно в нем и собрались все цвета, убежавшие от Кея: красные, желтые, синие, зеленые, оранжевые, фиолетовые, голубые – цветы светились под тонкой фольгой миллионами радуг.