Смертный грех

Подите прочь!

Наконец-то у домоправительницы появился повод отомстить этой упрямой норвежской девушке, которую так любили при дворе и которая, в довершение всего, вышла замуж за человека, имеющего такое высокое положение! Обычная норвежская девица из низшего сословия вдруг стала носить имя Паладин! Мысль об этом была просто невыносима.

Сесилия вздохнула. Она-то умеет скакать верхом, но Флорестан…

Однако выбора у нее не было, если она хотела попасть домой.

Торопливо собрав вещи, она простилась с молодыми горничными, с которыми дружила.

Домоправительница имела теперь неограниченную власть над своим штабом: король находился в Германии, а Кирстен Мунк, удивив всех, последовала за ним.

При дворе говорили, что супружеское счастье Кристиана IV и фру Кирстен находится в стадии расцвета и что фру Кирстен настаивает на том, чтобы разделить с мужем все тяготы войны. Во всяком случае, королю это было приятно, ведь он так ценил семейные узы.

Люди недооценивали Кирстен Мунк, называя ее служанкой: это было не так.

Она происходила из очень известной семьи. Ее отцом был могущественный Людвиг Мунк из Нерлунда, который в свое время был наместником короля в Норвегии и накопил большие богатства, а потом, в 1596 году, был смещен молодым королем Кристианом. Ее матерью была Эллен Марсвин, одна из самых богатых и влиятельных женщин Дании — и одна из самых коварных. Обе, мать и дочь, были интриганками и хапугами, но фру Кирстен была к тому же — в отличие от своей матери — глупа и легкомысленна.

Так что большинство не считало ее внезапное решение сопровождать мужа в Германию особым проявлением любви.

Скорее это была жажда приключений. Но во Фредриксборге никто не жалел о ее отъезде.

Когда Сесилия спустилась в конюшню за Флорестаном, конюх тоже выразил свое беспокойство:

— Держите его крепче, маркграфиня! Но не слишком сильно. С ним сладить нелегко.

— А другой лошади нет?

— Двор выехал на охоту, Ваша милость.

— Тогда пожелай мне удачи, — сказала Сесилия, садясь на коня. — Прислать лошадь обратно?

— Я об этом позабочусь.

Удачи Вам, Ваша милость!

Флорестан просто танцевал под ней, но ей удалось совладеть с ним — и она поскакала.

Ей постоянно приходилось бороться с этим непослушным конем, чтобы он держал правильное направление. Но вот, наконец, она въехала в ворота Габриэльсхуса.

Навстречу выскочили с лаем собаки, и конь поднялся на дыбы. Сесилия не смогла удержать его."

"Она почувствовала с ужасом, что сползает и падает вниз головой на землю.