Смертельные прятки

Сотрудники ЦРУ не задержали Семенова лишь потому, что по документам он являлся подданным Германии и в случае ошибки мог разгореться политический скандал: защитники прав то и дело обвиняли американские власти в предвзятом отношении к лицам, принадлежащим немецкой нации. Они старались доказать, что по отношению к немцам со стороны Америки идет геноцид, так сказать, дурное наследие Адольфа Гитлера.

Даже оказавшись на борту самолета, Семенов долго не мог успокоиться. До самого Парижа у него не проходило чувство, что за ним наблюдают.

Подполковник Старцев встретил группу в аэропорту «Шереметьево». Приехал на служебной машине, с водителем. Бойцы побросали чемоданы в багажник.

– Сначала в управление, – сообщил подполковник. – Шабаров ждет, и не только он.

– Неужели сам начальник ПГУ? – догадался майор Семенов.

– Он самый. Сказал, хочет лично поблагодарить за выполненное задание.

– Вот уж не знаешь, радоваться или опасаться, – произнес Семенов.

– Товарищ подполковник, а мы там все нужны или одного майора достаточно? – с надеждой в голосе спросил Богданов.

– Придется потерпеть. – Старцев говорил серьезно, но в его голосе заметно звучало торжество. – Когда начальник Первого главного управления вызывает лично, отказываться не принято.

Водитель быстро домчал их до управления. На пропускном пункте у группы потребовали документы и только после этого пропустили в здание. Поднялись в кабинет Шабарова. Старцев постучал и заглянул внутрь. В кабинете было пусто.

– Входите, бойцы. Генерал-майор скоро будет, – пригласил их подполковник Старцев, а сам куда-то ушел."

"Семенов вошел первым, осмотрелся, устроился на стульях у стены. Богданов сел справа, Дубко – слева. Все трое настороженно ждали. Через какое-то время в кабинет заглянул помощник Шабарова.

– Ждете? – спросил он.

– Ждем, – ответил Семенов.

– Ну, ждите. – Помощник ушел.

– Что-то подозрительно все это, – вполголоса проговорил Богданов. – Полчаса уже сидим.