Смерть ради смерти

 — Я могу задать вам один вопрос?

—  Конечно, — заулыбался Бойцов. — Я рад, что вы позвонили. Что вы хотели спросить?

—  Я хотела спросить вас: зачем вы это сделали?

—  Я не совсем понял, — осторожно ответил он, внутренне холодея. Ну вот, пожалуйста, начались сюрпризы. А ведь она казалась ему простой и понятной…

—  Зачем вы меня спасли? Вадим, я не хочу играть с вами в кошки-мышки, вынуждать вас говорить неправду, а потом уличать во лжи, поэтому давайте все проясним сразу. Несколько дней назад вы помешали четверым мужчинам напасть на меня.

У Бойцова язык прилип к гортани. Он несколько раз судорожно сглотнул, лихорадочно соображая, что теперь делать и как ей отвечать.

—  Вы слушаете меня, Вадим? Я жду вашего ответа.

—  Видите ли… — промямлил он. — Я должен был поговорить с вами, объяснить вам одну довольно деликатную вещь. Но я хотел сначала присмотреться к вам, вы понимаете? И вот пока я наблюдал за вами, это все и произошло.

—  Что вы должны были мне объяснить?

—  Пожалуйста, Анастасия, — взмолился он. — Давайте поговорим завтра. Я ничего не отрицаю, вы правы во всем, но поймите меня, я человек подневольный, у меня тоже есть начальство, я ведь не частный детектив.

—  Вам нужно получить указания? — усмехнулась она.

—  Ну… Что-то в этом роде. Я вам клянусь, я не хотел ничего плохого. Я все вам объясню завтра, хорошо?

—  Ничего хорошего, — зло ответила она. — Но выбора у меня нет. Тогда ответьте хотя бы на второй вопрос. Откуда появилась дыра на моей входной двери? Туда что-то подложили?

—  Да. Позавчера туда подложили взрывное устройство."

"—  И оно до сих пор там?

—  Нет, я его вынул.

—  Когда?

—  В тот же день.

—  Значит, я могу спать спокойно и быть уверенной, что здесь ничего не взорвется?

—  Да.

—  Точно? — переспросила она.

—  Совершенно точно. После всего, что случилось, я не могу просить, чтобы вы мне верили, но я даю вам честное слово, что взрывного устройства там больше нет.

—  Ладно. Спокойной ночи, — резко бросила она и с грохотом швырнула трубку на рычаг.

Бойцов осторожно перевел дыхание. Ну и влип же он! Нельзя было отрицать ее слова, потому что вышло бы только хуже.