Смерть особого назначения

– Ха-ха-ха! – угрюмо проронил Руди. – Потрясная шутка! Как говорят в таких случаях, смеяться начинаем при слове «лопата»...

Они отползли назад, немного полежали на упругом колышущемся покрывале, отдыхая. Борьба с трясиной хоть и вышла короткой, но отняла силы, заставила задуматься, как идти дальше."

"Пока расслаблялись, из черной воды вдруг высунулась морда какого-то небольшого дракончика с высоким колючим гребнем. Местная рептилия была слишком маленького размера, чтобы причинить вред человеку, максимум, что ей удалось бы – это откусить палец.

Видимо, понимая это, зубастая ящерица просто уставилась на лежавших спецназовцев. Возможно, в глубине души, если у нее есть душа, рептилия сожалела, что не может полакомиться добычей, но глаза остались бесстрастными. Почти как глаза этих людей, которым не было никакого дела до местной живности. Они пришли сюда, чтобы воевать не против аборигенов, им требовалось свести счеты с другими существами, чужими этой планете.

Драконоящерица так долго и внимательно рассматривала людей, что Вебер не выдержал. Капитан поднял ствол автомата, прицелился, сделал вид, что стреляет.

– Пух! Пух! – сказал он, и местная тварь будто поняла.

Она тут же нырнула обратно в трясину, и только мутные пузыри с шипением разошлись там, где исчезла хозяйка здешних болот.

– «Пух! Пух!» – передразнил Эспозито. – Если б мы не вытащили тебя, сейчас пузыри из-под воды пускал бы ты.

Вебер не ответил. Приподнялся, оценивающе разглядывая коварную площадку, которую следовало одолеть до начала кустарника и низких деревьев – там хоть были кочки, по которым можно скакать.

– Я слышал от приятеля из гарнизона Саванга, – подал голос Жак, до того молчавший. – Тот признался... Как-то раз... В общем, выпили они крепко, то ли день рождения отмечали, то ли еще какой-то праздник.

– Что необычное? – Эспозито спросил скорее по инерции, машинально.

Он, как и Вебер, больше думал о том, куда дальше прокладывать маршрут.