Служебный роман с чужой невестой

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я вынут сотовый из кармана и набрал Честенера.

– Макс, есть новости?

– Конечно, – весело отозвался он в трубку. – У Джулии прорезался зубик! И она мне это уже полчаса доказывает, оставляя отметины на моих руках.

– Может, позвонишь адвокатам, пока не остался без пальцев? – ворчливо перебил я. – У меня тут тоже зуб прорезался… Точнее, на меня у кое-кого.

– Уже, – понизил голос Честенер. Жёстко добавил: – Не беспокойся о добрачном договоре, мои ребята разнесли в щепки… – И снова весело проговорил: – Кстати, о щепках! Я тут отжал для тебя пару берёз.

– Спасибо, дружище, – криво улыбнулся я.

Тут дверь распахнулась, а я едва не ввалился в комнату. Поднял глаза и обомлел.

При виде моей бабочки, облачённой в облегающее алое платье с умопомрачительным разрезом, что приоткрывал самое сокровенное, и невероятно смелым декольте, подчеркивающим налитую грудь Евы, у меня перехватило дыхание.

Глава 61. Дима

– Господин Леонов решил вместо работы заляпать слюной пол около моей спальни? – дерзко бросила Ева, переступила через меня и поплыла по коридору. – Макс, нам пора, – она постучала в соседнюю комнату, и когда дверь приоткрылась, легкой походкой, не оборачиваясь, пошла к лестнице.

Пока я приходил в себя и пытался встать, Ева уже оказалась внизу и на весь холл громко и четко сказала:"

"– Надеюсь, машина готова? Коул, я могу тебе доверить самое ценное? – она протянула охраннику руку и вложила что-то в его ладонь.

– А как же... – замялся парень и, столкнувшись со мной взглядом, покраснел, – босс...

– Леонов решил притвориться ковриком, – кольнула Ева. – Ты же можешь отвезти меня в клуб? Я опаздываю. Мы с Максом опаздываем.

Меня будто током ударило.

– Коул! Во вторую машину! И, чёрт возьми, где твоя рубашка?!

– Босс, вы же сами ее забрали, – попытался он оправдаться.

– Тогда вали домой! – отпихнул я его, но Ева встала между нами с таким видом, что я невольно отступил.

– Коул ты можешь взять рубашку моего отца, – нагло бросила бабочка, но взгляд со мной не разорвала. С одного слова начинается недоумение, с одного взгляда объявляется война.