Служебный роман с чужой невестой

А еще у меня не было мамы, а отец такой же тугодум, как и твой. Им не понять, что нам нужно всего лишь внимание. Давай, дружить? – И протянула ему руку. – А еще я научу тебя играть на гитаре. Хочешь? Это не подкуп, не думай. Просто я очень люблю музыку. Смотрю, ты тоже. – Я опустила взгляд на болтающиеся на футболке наушники, тряхнула рукой и повторила: – Подружимся?

– Вот ещё! – отозвался мальчишка и, скрестив руки, отвернулся к окну.

В машине повисло тягостное молчание. Дэми легонько пожал мою руку и виновато улыбнулся, на сына же посмотрел хмуро и вздохнул.

"Остаток пути до дома мы ни слова не проронили. Я опустила взгляд и, глядя на буханки чёрного хлеба, едва сдерживалась, чтобы не вскрыть пакет тут же и не впиться зубами в кисловато-ароматный кусок. Представлялась, что корочка здесь такая же хрустящая, как у бабушки, а мякоть пористая и упругая. Я проглотила слюну и с радостью посмотрела на открывающиеся ворота.

Ни на кого не глядя, я бросилась с добычей в дом и, предоставив Дэми на правах моего жениха развлекать гостей, закрылась в своей комнате и разодрала вожделенный пакет.

Такого кайфа от простого чёрного хлеба я не испытывала никогда. Это было почти как: секс с Дэми – просто множественный оргазм!

Глава 53. Дима

Я проследил, как засверкали пятки моей колючки, которая несла пакет с хлебом так, будто это было величайшее сокровище, и улыбнулся. В груди потеплело, и уже не так кололо чувство вины перед Евой и сыном. Я подтолкнул Максима к дому и кивнул его крёстному:

– Помнишь Комара?

Макс ухмыльнулся, взгляд его похолодел на пару градусов.

Пелагея, весело болтая с моим сыном, несла малютку-дочь ко входу, где безмолвно замерли мои парни. Разумеется, они знали, кто пожаловал. Почти каждый из них успел послужить у Максимилиана Честенера. Кто месяц, а кто день, и мало кто забыл, как непрост и тяжёл характер миллиардера. И хоть всё это в прошлом, теперь Максим Орлов – российский бизнесмен и муж простой учительницы, никто не расслаблялся.

Навстречу нам вышел Комар. Он протянул широкую ладонь:

– Приветствую в своём доме. Искренне надеюсь, что ты его не разрушишь, как свой.

– Кто знает, Серж, – ухмыльнулся Честенер, крепко пожимая руку Комарова. Обернулся: – Моя жена Пелагея и дочь Джулия.

– А это? – Комаров вопросительно посмотрел на Макса.

– Мой сын, – я положил руку на его плечо.