Служебный роман с чужой невестой

Чтобы больше не повадно было.

Я вдохнул, чтобы ответить, но бабочка юрко повернулась и впилась поцелуем в мои губы. Глубоко так, яростно, до сжавшегося в груди комка, что собирался взорваться, как граната. Сладость смешалась с солью, радость с болью: именно так Ева целовала меня. Отважно бросаясь в пламя, будто ее крылья не умеют гореть.

Когда она отстранилась, тяжело дыша, проговорила:"

"– Хочу свадебное платье, как у мамы, но… – она всхлипнула и до крови куснула губу. – Папе будет тяжело, – сильно мотнула головой, отчего густые волосы скользнули по моей щеке.

– Я не могу  с ним так поступить, я не настолько изверг. Стой, – она быстро отцепилась от меня и полезла в небольшой ящичек стола. Долго рылась, перекладывая какие-то вещи и бумаги, а потом выдернула крошечную карточку и протянула ее мне. – Пусть не свадебное, вечернее, очень скромное, но мне так хочется хоть чуть-чуть быть на нее похожей. Вряд ли папа это платье вспомнит, это фото очень старое – еще маминой молодости, до их знакомства, а мы сможем с тобой куда-нибудь сходить. – Ева скромно повела плечом и добавила: – В театр, например. Я люблю оперу. Или балет. Или лучше: рок-оперу. Мюзикл! Точно! – она хлопнула ресницами и заломила руки. – Я тебя, наверное, своей плаксивостью и сумбурностью шокирую? Во мне будто бомба взорвалась. – Ева резко выдохнула и присела на край дивана. Закрыла лицо ладонями и сжалась. – Последние дни кажется, что меня через мясорубку пропускают: нервы натянуты, мысли заводят в тупик, и хочет плакать-плакать-плакать! – Она выглянула из клети пальцев. – Это гормональное? Из-за беременности? Где мама, что смогла бы поддержать и подсказать мне, что со мной происходит?! – растопырив пальцы, Ева вскинула руки вверх, будто молила небо о пощаде. – А еще хлеба хочу, словно это что-то тако-о-ое, – засмеялась истерично, – неземное, короче! Все! Забей на все эти нюни, я вижу, что тебе от них зевать хочется. – А потом гневно вскрикнула: – Да что ты молчишь?!

Я присел рядом и, обняв её, прижал к груди хрупкое тело.

Вздохнул и тихо произнёс:

– А что мне сказать, Ева? Я не твоя мама и не могу подсказать, что с тобой происходит, но попытаюсь тебя поддержать. Итак, по-порядку. – Я приподнял её лицо за подбородок и заглянул в блестящие полные невыплаканных слёз глаза. Потянулся к бабочке и поцеловал в лоб. – Во-первых. Я не позволю себе получить пулю в грудь. Клянусь с этого момента носить бронежилет. Но про плётку я запомню, не сомневайся.