Случайный трофей Ренцо (СИ)

 — Я забыл про тебя. Испугалась?

— Все хорошо…

Он поймал ее ладонь, накрыв своей.

Мэй замерла. В первое мгновение хотела было вырваться, но не стала. Осталась. Только в глаза ему смотреть сейчас не решалась.

— Мэй… — тихо шепнул он.

Она покачала головой.

Не сейчас.

Не важно, что он хочет сказать, но только не сейчас… она не готова.

— Мне пора ехать, — тихо сказал он. — Посиди тут, в кабинете. Я поставлю охрану у дверей, тебя никто не побеспокоит. Тут даже кровать есть, вон там, сбоку в кладовке, можешь вздремнуть.

— Хорошо, — согласилась она.

Чувствовала… да, скорее чувствовала, вдруг не решаясь смотреть, как он потянулся к ней. Его дыхание совсем рядом, у виска… Показалось даже, он хотел поцеловать, но так и не поцеловал ее.

Все так сложно.

Мысли путались и Мэй краснела.

Тепло его ладони… Хотелось, чтобы он не отпускал ее.

— Если бы не война, — шепнула Мэй, — все было бы проще…

Почувствовала, как он улыбнулся.

— Я постараюсь вернуть тебя домой, принцесса.

13. Хозяин дома

Он вернулся поздно, уже стемнело, дом спал.

Наверно, и к счастью, что так. Хорошо бы завтра улизнуть на рассвете… Не выйдет.

Мэй спала в кресле за столом, подобрав под себя ноги, свернувшись. Нельзя же вечно держать ее тут…

Ренцо присел рядом на корточки, разглядывая, чуть дотронулся пальцами до ее волос, и Мэй улыбнулась во сне.

— Пойдем в кровать, что ли, — шепнул он.

Осторожно, стараясь не тревожить, поднял ее на руки. Мэй не проснулась, только сонно заворочалась в его руках.

Крошечная комнатка сбоку — Ренцо переделал ее под спальню еще после того, как второй раз вернулся из Тай-да-Каата, и ссоры с Лене стали совсем уж затяжными. Поначалу, уходил спать сюда от силы раз в месяц, потом перебрался едва ли не окончательно… Теперь точно окончательно.

Положил Мэй на кровать, укрыл пледом.

И только тогда она открыла глаза. Разом. Чуть дернулась, подавшись назад."

"— Тихо, не бойся, — сказал он. — Тут тебе будет удобнее, чем в кресле.

— Хорошо, — сказала она.

Ренцо поднялся на ноги.

Устал за эти дни, ничего не хочется.

К официальному отчету в сенате о Джийнарском походе он не успел, и отчитывался уже потом, в узком кругу. Только заинтересованные лица. Ему так красочно расписывали, какой он герой и как его надо наградить за подвиги, а он только слушал и ждал, когда от него вежливо попросят ответной услуги. И попросили, конечно.