Случайно беременна, или Позволь тебя любить

Один ресторан — да для тебя это отдых. Скоро и сезон начнется, погреешься на солнышке.

— Рус…

— Ну что? Когда ты последний раз отдыхала?

— Вообще-то, в марте мы с Улей ездили на экскурсию в Италию.

— Аврора, я не о том. Ты на каждые Улины каникулы с ней куда-нибудь ездишь. А одна?

— А почему я должна ездить на отдых куда-то одна, когда у меня есть дочь?

— Понял. — Я выставил вперед ладонь и начал лукаво угрожать: — Я поговорю с мамой.

— Решил подключить тяжелую артиллерию? — прищурилась она, а я лишь пожал плечами и как ни в чем не бывало наконец-то приступил к завтраку.

— Не боится он ее. Просто любит. Причем как-то ненормально, Аврор. Мне иногда кажется, что он повернут на ней.

В голове опять закопошились неприятные мысли. Я не хотел думать в том направлении, но ведь оно было самым очевидным. Если только Богдан узнал то же, что и я недавно… то отец мог…

Нет-нет, конечно, не мог.

— Как ты на Лие? — ехидно проговорила Аврора, заставляя застопориться весь поток моих мыслей.

Я кивнул и вернулся к разговору об отце, отстраняясь от мыслей о своей Кнопочке. Не сейчас. Не время.

— Насколько я знаю, отец не давал маме прохода еще тогда, когда она была замужем. Возможно, из-за этого у нас с Богданом и была такая маленькая разница в возрасте, — выдавил из себя милую улыбку, хотя самого дрожь пробирала, стоило только представить, какими именно способами отец не давал матери прохода.

"Да я до сих пор не мог смириться с потерей Кнопки. С тем, что не все продумал до конца, упустил ее и наше счастье. Но все же я не был помешан на ней так же, как отец на маме.

Хотя как знать…

Как бы я вел себя, если бы она жила с кем-то другим и рожала ему детей? Даже думать о таком не мог.

Иногда ловил себя на кощунственных мыслях, что не знал до последнего, какую новость я бы предпочел: найти ее, но счастливо живущую с детками и каким-нибудь мужиком, или все же известие о том, что она умерла. Пожалуй, со вторым мне было бы проще смириться. И это было ничтожно с моей стороны, но изменить ход собственных мыслей, так же как и удушающую ревность, я не мог.