Ну что, познакомимся заново?

Подбросив дров в печь, Ваня поднял меня с кресла, сел в него сам, а меня усадил к себе на колени. Я пыталась укутать нас пледом, но Лютаев замотал меня в него по самый нос и прижал к себе.

- Тебе не тяжело? - поинтересовалась ради галочки, пересаживаться мне не хотелось, я очень комфортно чувствовала себя в его объятиях.

- Мне хорошо, - прикоснувшись губами к моему виску, он долго их не отнимал.

Мы сидели в тишине, слушая дыхание природы, наслаждаясь нашими первыми моментами после долгой разлуки. Ваня о чем-то думал, я не решалась спросить, о чем именно, но было ощущение, что его мысли интимные и сокровенные касаются нас.

Я могла бы сидеть так вечность. Готова состариться в его объятиях. Пусть идет дождь, падает снег, дует холодные ветер, гремит гром, бьет молния, а я укутанная теплом Вани защищена от всех невзгод и катаклизм.

- Чему улыбаешься? - спрашивает меня Ваня. Откуда он знает, что я улыбаюсь, ведь он не видит моего лица, оно спрятано у него на груди. Зарывшись пятерней в мои волосы, он нежно их перебирает.

- Улыбаюсь просто так, - отвечаю ему.

- Просто так не бывает, всегда есть причина, - расслабленно тянет он.

- Мне хорошо с тобой, поэтому и улыбаюсь, - признаюсь я. Отлепив лицо от теплой груди, заглядываю ему в глаза. Любое признание нужно делать, глядя человеку в лицо.

- Мне тоже хорошо с тобой, - отвечает он серьёзным тоном. - Я эти шесть лет, будто не жил, Вида. Куда-то двигался, что-то делал, участвовал в гонках, выступал на ринге, но не чувствовал удовольствия, не получал кайфа от жизни, а сейчас вот сижу вдали ото всех, держу тебя в своих руках и даже дышу по-другому, полной грудью что ли.

Долгий жаркий поцелуй пробуждает все расслабленные рецепторы у меня в организме. Мурашки расползаются по телу. Внизу живота привычно теплее, растет напряжение…

Обняв за шею Ваню, перекидываю через его бедра ноги. Не разрывая поцелуя, Ваня помогает мне удобно устроиться на его коленях. Плед сползает с плеч и падает на пол.