Ну что, познакомимся заново?

Вида недовольно мычит и стреляет в меня злым взглядом. Размашисто вылизываю ее упрямо сжатые губы, жду, когда устанет и уступит.

Упираясь кулачками в грудь, пытается по ней лупить, для размаха нет места, её удары я даже не чувствую. Не дает нормально поцеловать, но я кайфую от ее эмоций, которые удалось разжечь.

- Хочу твои губы… Вида… - шепчу, целуя ее скулы. - Хочу убедиться, что они все такие же вкусные…. - целую местечко за ушком. На моей футболке сжимаются кулачки. В ее упрямом стоне проскальзывают совсем другие нотки: сладостные, тягучие, низкие…

Кончиком языка прохужусь по ушной раковине, втягиваю в рот мочку, посасываю, прикусываю зубами.

- Лютаев, прекрати! Не смей меня целовать! - ругается, а пальцы продолжают мять на моей груди футболку.

Ловлю её открытый рот, проникаю языком на захваченную территорию. Кайф! Мне кажется, она стала ещё вкуснее. Или мне просто безумно ее не хватало.

Ласкаю ее язык своим языком, а она пытается вытолкнуть его изо рта. Меня тянет заржать, но я продолжаю нежно насиловать ее рот, пока Вида не уступает.

Вида отвечает на поцелуй! Ныряет юрким язычком в мой рот, проходится по небу, сплетает наши языки. Ширинка трещит по швам. Головка упирается в твердый шов, доставляя болезненный дискомфорт. Опуская руку к паху, поправляю член. Мысленно посылаю сигнал, что сегодня ему ничего не светит, но это так не работает. Ему похрен на мои сигналы, он посылает свои - яйца звенят колоколом и требуют разрядки.

- Какая же ты сладкая…. - выдыхаю, вылизывая ее рот.

Звук клаксона мимо проезжающей фуры сбрасывает пелену возбуждения с Виды! Дернувшись, разрывает наш поцелуй, прежде чем я успеваю вернуть ее в свои объятия, получаю звонкую пощечину!"

"- Открой дверь, я вернусь на такси! Открой эту долбанную дверь! - кричит Вида. Развернувшись ко мне спиной, дергает ручку. Слышу в ее голосе надлом.