Слепой рывок

Пока пользователи довольны, пока у них есть чем развлечься, убить время, никто не выйдет на улицы, не станет бунтовать и вообще не задаст неудобных вопросов. Поэтому ты навсегда останешься в инмоде.

– И где же выход? – растерянно спросил Иван.

– Его нет. По крайней мере, на сегодняшний день при существующем положении вещей, когда всего пять процентов от населения Земли занято в реальных секторах экономики. Может, что-то изменится с освоением Марса, не знаю. Пока что исследования рисуют мрачноватую картину.

Люди Слоя морально выродились.

– Зачем ты это рассказываешь? Чтобы позлить?

– Сам напросился. Интересно, какой ты на самом деле? – Лиза грустно улыбнулась: – Аватар – лишь красивая оболочка. А где ж твоя душа, Ванек? Ты сам-то ее ощущаешь, осознаешь?

Он безразлично пожал плечами:

– Мне не интересно."

"– Знаю. – Сожаление в ее взгляде стало колючим, льдистым. – Люди Слоя разучились созидать. Обесценили жизнь. Никто не отвечает за свои поступки. Большинство семей распались. Подросло новое поколение, уже затронутое тленом.

Вы бесконечно эксплуатируете примитивные инстинкты: убиваете, упиваясь кровавыми спецэффектами. Кочуете из реальности в реальность. Ваши женщины искусны в любви, но не способны любить. Мужчины брутальны, но знают ли они, что такое мужество? – задумчиво глядя на него, спрашивала Лиза. – И вы, как камень, тянете на дно трясины еще тринадцать миллиардов пользователей. Такую цивилизацию, такое будущее не смог предсказать ни один фантаст древности…

– Хватит! – не выдержав, выкрикнул Иван.

– Отпустить?

– Да!

– Как хочешь, – Лиза разочарованно пожала плечами.

Вспышка света, короткое головокружение.

В нос ударила вонь.

Он открыл глаза. Вокруг высились горы мусора, по ним блуждали серые смерчи.

Глава 2

Земля. Слой. Локализация инмода – мегаполис «Россия»…

Две недели, от случайной встречи с Лизой до дня своего совершеннолетия, Иван провел совершенно не так, как планировал.

Выкинуть из головы все случившееся, вернуться к прежнему образу жизни он не смог.

Стал просыпаться чуть раньше обычного, хамить родителям, да и ежедневные выходы в Слой теперь воспринимал иначе. Он подсознательно искал опровержение словам Глеба и Лизы, но находил лишь их подтверждение, и от этого психологическое давление усиливалось, словно его рассудок начал сминать пресс.

Киберпространство.

«Все, что нам осталось от жизни», – фраза сидела занозой, постоянно напоминая о себе.

Иван стоял на перепутье.