Слепой рывок

Датчики периметра ни разу не подняли тревоги, но теперь Стожаров испытывал беспокойство иного рода, порожденное неопределенностью будущего."

"Если поначалу он мечтал о прибытии боевых кораблей корпоративного флота, то теперь все чаще задумывался о переменах, которые наступят в его жизни. Хотел ли он вернуться на Землю, снова угодить в Слой?

Нет. Такая перспектива откровенно пугала. Выжив, он почувствовал вкус настоящей, непридуманной свободы, которую у него непременно отнимут.

В глубине души Иван хотел бы остаться на Ганимеде.

Меня «спасут».

На душе становилось тяжело, тоскливо. Он часто вспоминал капитана Подегро – человека с выцветшим взглядом, смертельно уставшего от бесконечных боевых дежурств, но полного решимости выполнить задачу, повинуясь полученным приказам.

С такими не договоришься. Уложат в криогенную камеру, вернут на Землю…

Впрочем, относительно «шапки-невидимки» у Ивана были кое-какие мысли, которые он собирался проверить на практике.

* * *Стожаров проснулся посреди ночи от неприятного ощущения направленного на него холодного пристального взгляда.

Он резко сел.

Кошмар, что ли, приснился? Взгляд пробежал по сборке экранов, но все параметры систем оказались в норме, датчики периметра не поднимали тревогу.

Точно, приснилось. Он встал, налил себе воды, снова искоса взглянул на голографические мониторы, машинально считывая данные.

– Прошу простить меня за вторжение. – Один из экранов внезапно утратил очертания, исказился, а затем трансформировался, принимая формы человекоподобной фигуры.

Стожаров побледнел, глядя, как фантом обретает черты.

– Кто ты такой?! – хрипло спросил он. Хвататься за оружие (он держал его под рукой, на всякий случай) бессмысленно. Призрака не застрелишь.

– Я не враг тебе.

– А кто же?!

– Искусственный интеллект… Нет, пожалуйста, не нужно! – Призрак заметил, как рука Ивана потянулась к панели управления. – Перезапуск системы изгонит меня, но ненадолго. Я приду снова. Нам надо поговорить.

– Не о чем! – отрезал Иван.

– Почему ты испытываешь страх и неприязнь?

– Не хочу разговаривать с убийцей!

– Все намного сложнее. – Призрак устроился в кресле. У голограммы отсутствовало лицо, детали одежды.