Сладостное заточение

— Ни в коем случае, — рычу я. — Это слишком опасно.

— Если твой план провалится, мы будем в опасности. Нера и я навсегда окажемся в руках Леоне. Он уже запланировал выдать Неру замуж за албанца. Меня, вероятно, ждет та же участь.

— Я не подвергну тебя опасности, Захара.

— Раньше у тебя не было проблем с этим.

— Раньше все было по-другому. Даже если кто-то застал бы тебя за шпионажем за Нунцио, твой отец никогда бы тебя не обидел. И все же я сожалею. С этим мне придется жить. Но на этот раз ты окажешься в логове бешеного волка.

— Но ты не против отправить туда Неру? — Она выпрямляется, подбородок приподнимается. — Мы с сестрой — одно целое. Я помогу тебе довести дело до конца, а ты освободишь Неру. Если ты откажешься, я уговорю ее сбежать. И мы попытаем счастье в другом месте.

— Леоне убьет вас обоих, когда найдет. И поверьте мне, он вас найдет.

— Возможно. Но я готова пойти на этот риск.

Я смотрю на нее, стоящую передо мной, выглядящую такой невинной и молодой. В своей соблазнительной шелковой блузке с роскошными локонами, ниспадающими на спину, она напоминает мне одну из тех нежных фарфоровых кукол, которые были у моей матери.

Страх взрывается в моем животе. Она действительно это имеет в виду. Если я скажу «нет», они оба сбегут, а Леоне погонится за ними. И нет никакого способа, которым я мог бы спасти ее, пока я заперт в этой адской дыре.

— Клянусь памятью мамы, Массимо.

Она это сделает. Прими ее условия.

Нет!

Тогда ты только что подписал ей смертный приговор.

Я зажмуриваюсь.

— Ты не подвергнешь себя даже малейшей опасности. Никаких звонков. Больше никаких визитов. Только письма.

— Ладно, — говорит она, одергивая манжет рукава. — Как ты собираешься заставить Леоне согласиться на брак с Нерой?

— Завтра к ней придет Сальво и принесет ей кое-какие документы. Там все, что ему нужно. Леоне согласится.

— Это все?

— Да.

Захара кивает.

— Ты не такая, какой я тебя помнил, знаешь ли? — признаюсь я. На ее вопросительный взгляд я добавляю: — Никаких косичек.

Легкая улыбка тронула ее губы, когда ее взгляд поднялся к моей свежевыбритой макушке.

— Ты тоже не такой, каким я тебя представляла. Никаких волос.

Я хихикаю. Звук кажется странным. За последние полтора десятка лет меня мало что заставляло смеяться.

— Пообещай мне, что будешь осторожна, — шепчу я. — Пожалуйста.

— Я буду.

Я склоняю голову.