Сквозное. Навылет

— Люди подобного уровня таким образом, насколько я знаю, конечно, так опекают и заботятся совсем не о «девочках», не о ляльках, как они нас называют, — без особой печали насчет своего статуса, проговорила подруга. — Так об официальных женах пекутся, о своих женщинах… Только я и представить не могла, да и не могу, чтоб Шуст… Чтоб у него… И на тебя так… За два дня… — не особо связно или понятно, по мнению Талы, развела Света руками.

— Это просто за пределами моего понимания, — закончила столь же неопределенно, вроде и помахивая листком меню, но видно же, что и не заглядывала туда.

И тут Света замолчала, опять уставившись на нее, вместо того, чтобы или продолжить, или в меню что-то выбрать. Будто пыталась сформулировать какую-то мысль, которую никак не могла то ли принять, то ли продумать до конца.

А у Талы, имеющей не меньше вопросов и молча ожидающей, пока подруга закончит, внезапно зазвонил мобильный. И на экране высветилось имя «Денис».

— Алло? — у этого чуда такой голос был, словно Тала даже представить не могла, с какой стати он ей звонить может.

Видно, предположить, к примеру, что просто соскучился, было для нее невероятно. А Шуст соскучился, кстати… если это слово уместно к тому гложущему и требовательному жару, который понемногу начинал тлеть в груди. Самому странным оказалось это понять, учитывая, что два часа еще не прошло, как разошлись.

Шуст невольно усмехнулся, отвернувшись к окну от Гриши, который на диване сидел. Том самом, где Денис вчера Талу… Разумеется, убирали у него качественно, сегодня никто бы не догадался, во что они вчера тут превратили кабинет. Сейчас все было безупречно аккуратно. И бумаг уже нет, все Павел уничтожил.

— Если эта Света не даст тебе сейчас поесть нормально, ты с ней больше не станешь встречаться.

Достало! Полчаса сидят в кафе и только кофе пьют, которое та самая Света и заказала. Так она еще и языком активно работает, отвлекая Талу от выбора еды, судя по наблюдениям Макса. Такой расклад Дениса, вообще, взбесил! И хоть учел, что она Талу поддерживала по жизни, вот этот вот момент нервировал. Надо бы с ней потолковать, чтоб ясность внести.

Своим людям Шуст верил.