Сквозное. Навылет

Ты же не против? Или у тебя уже искусственная есть?

Денис расхохотался, настолько нелепой ему эта мысль показалась на фоне собственного отношения к празднику. Горячо на ее губы напал, слизывая, пожирая эту неуверенность.

— Нет, у меня нет никакой елки. Я, вообще, не особо праздники к датам привязывал обычно. Но с удовольствием заведу новые традиции с тобой, наши… — замер, вглядываясь в ее глаза, вновь, как нараспашку ему открытые, без всяких страхов и опасений, без сомнений.

Обожал такой ее взгляд!"

"— Кофе, чудо? — поинтересовался в самые ее губы, почувствовав аромат.

Точно Алхимик уже себе приготовил и пошел с парнями на улицу решать вопросы по сменам.

— Я не против, только мне не больше одной чашки в день пока разрешили, — голосом, очень явно выдающим и ее возбуждение, тягу Талы к нему, от чего Шуст просто тихо плавился внутри, выдохнула жена, и не пытаясь отстраниться от его губ.

У Дениса в висках застучало. Только не от чертовой интуиции или предчувствия там, а от простого и понятного желания… свою жену у этого камина разложить! Да, шкура как раз тут и имелась, на которой он Талу столько раз представлял.

Черт! Накрыть бы собой, довести до того, чтоб от удовольствия задыхалась! Чувствовал же ее податливое и жаркое тело, в каждой детали ощущал, потому как чудо его стояло, буквально на него улегшись. Но и эта… сладкая пытка, чего уж, Шусту тоже была в кайф сейчас.

Не имела значения собственная неудовлетворенность, только ее благополучие, он это кристально ясно осознавал.

Забавно… А еще недавно, в том чертовом его кабинете, ночью, которую никогда не забудет, иначе же совсем размышлял, кардинально противоположно! А вон как вышло все… И Шуст доволен таким раскладом, что удивительно.

— Я помню, Тала. И ты еще свою норму не выпила. Пошли, заодно кухню и столовую посмотришь, они у нас совмещенные, — реально нуждаясь в том, чтоб немного снизить накал, ухватил ее за ладонь и, переплетя пальцы, повел Талу в сторону других комнат, на ходу все показывая и знакомя с обстановкой.

Пламя в камине потрескивало так умиротворяюще, что Талу против воли в сон клонило, хотя утро и поднялась не так давно. Надо бы сесть в кресло, или на диван, может, включить телевизор, но… Прав был Денис, это тепло открытого огня ее буквально притягивало. Еще и после завтрака, на котором муж настаивал так, словно бы она голодовку объявила, вот прям в принудительном порядке.