Сквозное. Навылет

— Тебе нечего бояться, девочка моя золотая. Просто смысла не имеет. Я со всем справиться в состоянии, понимаешь? Мое слово тебе даю. Не бойся, веришь? — произнес как-то очень тихо, но так весомо, как роняя на ее плечи бетонные плиты.

Очень уверенно. Непоколебимо… И так, будто Денис знал нечто большее… Словно в курсе о любой ее проблеме, о каждой беде…

Тала застыла, всматриваясь в эти синие глаза, проваливаясь в них, словно с головой бросившись в бездонную пропасть. У самой внутри какое-то тонкое, звенящее чувство потребности, такой непобедимый порыв тяги к Денису! Невыносимая, необъяснимая вдруг необходимость рассказать, довериться!.

— Денис… — Тала сама не поняла, когда его имя прошептала. Слова, будто против воли разума, с губ рвались, из груди, из самой души, казалось. Ей так вдруг захотелось поверить и открыться ему!

— Что, мое чудо? — так же тихо отозвался Шуст, не отпуская из своего плена ее взгляд, продолжая щеки Талы ладонями греть, но и держать властно.

И так смотрел, будто уже и сам все знал, просто ждал, когда она признается, хотел откровенности.

— Денис… У меня…

— Твою ж ****! — Григорий буквально рывком поднялся из своего кресла, ругнувшись на весь салон. — Дэн! Сорри, что отвлекаю, но тут ответ по вопросу, который ты мне поручил. Я еще до отлета перетер с мужиками, они обещали проверить, и вот написали, — мужчина возник за спиной Дениса как-то резко, весь нахмурившийся, будто чем-то встревоженный.

Протянул Денису свой планшет, с которым работал все это время, благодаря тому, что на борту имелся вай-фай.

Господи! Она же настолько контроль над происходящим утратила, что чуть не призналась! С какого вдруг чуда?! Поддалась воле и той ауре Шустова, которая и делала его тем, кому все непроизвольно подчинялись?

Быть может…

Или же настолько жаждала именно его поддержки, понимания, искреннего заверения, что ее болезнь не оттолкнет?.

— Секунду, Гриша! — не оборачиваясь, резко отмахнулся Шустов, продолжая в нее глазами ввинчиваться по ощущениям. И в синем взгляде явно досада проступила из-за того, что им помешали, Тала прям уловила этот стальной оттенок. — Что у тебя, девочка моя? — совсем другим тоном, приглушенно, внимательно спросил, как подталкивая Талу.