Сквозное. Навылет

Давит, хоть и видно, что Денис и не думает развивать, просто тело его на нее всегда так реагирует, и он не скрывает, не стесняется. Да и как тут скрыть?

А она пытается… Нет, не свое желание близости с ним спрятать, но тоже ведь важное?

А-а-а-а! Голова взорвется от сомнений, по ощущениям!

Правильно? Нет? Впервые эти мысли возникли. И испугали еще больше, кажется, как и его слова о враче, про которые не забыла.

В тот момент и пришла идея: «А если его попробовать отвлечь?..»

Глава 15

«Мир — бранное поле, каждый из нас воин……Истина, если ты честен, откроется.

Наша жизнь — цепь перевоплощений,И бой с собой — это война священная.И если рядом есть та, что сохранит верность,И её чистота тебе даёт уверенность,Значит, это любовь. Поздравляю, братка!Ныряй в неё! Ныряй, без остатка».Мачете «Ныряй без остатка»Шуст не сразу понял. Реально, так сосредоточился на ее состоянии, пустив иное по боку, что и когда Тала легко, как-то медленно и будто все еще немного сонно провела по его плечам, продолжая с губ капли воды слизывать, решил, что ей поддержка и опора нужна. Ноги-то слабые, заметил, как Тала о стену опирается.

Подхватил чудо свое под спину, раскрытыми ладонями тонкие лопатки накрыл. Как впитывая хрупкость девушки, тонкость эту ее всю, вжимая в свои пальцы, перечерчивая кожу Талы своими линиями судьбы, вдавливая, словно клеймил. Блин! Жадный до нее все-таки аж чересчур, но сил нет сопротивляться, да и зачем?

А эта девчонка привстала на носочки, качнув бедрами так, что прижалась, поелозила влажным от воды животом по уже затвердевшему члену, дразня набухающую чувствительную головку… И губами к его рту потянулась, легко царапнув зубами подбородок…

Так.

Он что-то не въехал.

Вернее, понял Шуст даже слишком хорошо, а пах, так вообще, моментально все смыслы считал! На подкорке прям, с кончиков и подушечек уже ее пальцев, сейчас сжавших его плечи с поразительной силой для человека, который встать с кровати сам не мог пять минут назад.

— Тала… — попытался остановиться, прикинув, что она вполне его стояк могла ощутить, и посчитать, будто обязана удовлетворить желание.

Стоило признать, что пока Денис не особо отказывал себе в удовольствии наслаждаться ее телом. Возможно, перегибал местами и не очень вникал, а ведь и ранее уже замечал, что чудо его устает быстро и словно изматывается. Однако ни разу же не отказала…

— Чудо мое, расслабься, я же не зверь какой-то, вижу, что тебе не хорошо, не подохну чай от нехватки секса пару дней, и дольше монахом жил.