Скрытые в темноте

– И все-таки речь идет о человеке, который прежде не проявлял жестокость. Думаешь, свою роль сыграла деменция Харпера – а девушке просто не повезло быть похожей на его жену?

Я делаю глубокий вдох. Сначала я был так уверен в том, что это Харпер, а потом дневник Вики переубедил меня, и с тех пор я считал, что несчастный старик оказался лишь игрушкой в руках Дональда Уолша, преследующего свои гнусные цели. Но это не так. Никакая он не жертва.

– Вообще-то, сэр, я думаю, все намного сложнее. Сейчас у Харпера проявляются признаки слабоумия, однако три года назад все было иначе.

– Разве он не говорил, что боится подвала, потому что оттуда доносятся какие-то звуки?

– Подозреваю, что это как раз следствие прогрессирующей деменции.

Харрисон откидывается на спинку стула.

– Никак в голове не укладывается. Уолш казался более подходящей кандидатурой."

"– Знаю, сэр. Я тоже так думал.

– Но ДНК не врет. Мальчишка от Харпера.

– Да, сэр.

– Кстати, насчет ДНК – что там с Гардинером?

– Мы допросили его еще раз. Есть частичный отпечаток на клейкой ленте и следы ДНК на одеяле, в которое было завернуто тело, однако для обвинения этого недостаточно.

– Возможно? Вы с ней еще не поговорили?

– Нет, сэр. Оказалось, что найти ее не так-то просто.

Харрисон хмурится, а я мысленно ругаю Куинна.

– Но вы не сбрасываете Харпера со счетов в деле Ханны Гардинер? Есть версия, что он совершил оба преступления?

– Да, сэр. Эта версия все еще рассматривается.

– А Служба уголовного преследования возбудит против Харпера дело, учитывая его болезнь?

– Не знаю, до этого мы еще не дошли.

– Надеюсь, тем временем он содержится в соответствующем учреждении?

Я киваю.

– В надежной лечебнице близ Банбери. На Фрэмптон-роуд он уже в любом случае не вернется. Дом, скорее всего, продадут.

– Что ж, тогда у полиции долины Темзы будет хоть один довольный клиент.

– В смысле, сэр?

– Я о том богатеньком уроде, что купил вторую часть дома.