Сходняк

"

"– Короче, сейчас расскажите мне все, вывернитесь наизнанку. И выворачиваться вам придется без остатка, соколы мои, без малейшего остатка. Не просто как у попа на исповеди, а гораздо искреннее. И совершенно добровольно, что характерно. Потому как мне, по большому счету, плевать на вас, я просто иду вам навстречу. А так вы всего лишь отложенные покойники, еще в квартире мне было бы проще и менее хлопотно отправить вас к богу на толковище и закрыть вопрос. Отсюда учтите: если я только заподозрю, что от меня что-то скрывают, я просто встану и уйду, понятно? И даже тебя, девонька, это касается в полной мере, раз впуталась в наши игры и с предавалась им со всем пылом.

Это тебе не флирты на танцплощадках: с одним покадрилась, к другому переметнулась, не вышло с другим, прык-скок к третьему. Когда идет волчья грызня, то самки сидят поодаль, ждут ее окончания и победителей, а не лезут в гущу. Ну а если какая полезла, то раздерут ее клочья, не заметив как, и винить кроме себя ей будет некого. ..

Маша хотела что-то сказать, но Таксист удержал ее, крепко взяв за локоть.

– Короче, ясность, по-моему, установлена полная. Так что давайте каяться, соколики, взаимно дополняя друг друга, отвечая на мои вопросы, даже если кому-то они и покажутся странными. Вас, наверное, тоже распирают вопросы.

Чего-то это я на вас трачу столько времени, зачем притащился на эту базу и все такое прочее. Но обо всем поговорим после ваших душеспасительных откровений.

Все, поехали.

«Нет добрых и недобрых вожаков».

Вот о чем думал Карташ. «Добрым вожак быть не может, иначе он недолго протянет в вожаках. А что есть? А есть более сильные и менее сильные вожаки, есть стаи, что стоят за ними, и законы, по которым живут эти стаи. Не нравятся законы этой стаи, переходи в другую. Можно избрать себе участь стадной овцы, нагуливающей жир по пастбищам и гадающей, поведут ли ее на убой, утащат ли волки или ей все же повезет помереть своей смертью. А можно бегать по лесам одиноким волком вот такую участь мы себе как раз и побрали. Не получилось. Не осилили. Пора окончательно признать и окончательно смириться. И прибиться к стае».

Да, Карташ прежде спросил бы сам кое, о чем у Фрола – например, о том, почему тот никуда не спешит. Но ведь Фрол не станет брать на понт, чай, не районный бригадир. Он – нисколько в этом можно не сомневаться – встанет и уйдет, если какие-то фраера вдруг начнут с ним торговаться или попытаются его обхитрить.