Сказка на ночь для дракона

А демон, уже серьезным голосом, продолжил:

— Главное, тебе нужно твердо держаться легенды, что ты прибыла из Нижних миров, хотя ты человек, а не демон. Просто так получилось, что ты человеческая аристократка из королевства демонов. Это даст тебе возможность плевать на всех конкуренток с высокой колокольни. А они, уж поверь, своим снобизмом будут давить оч-чень сильно. А когда поймут, что с тобой это не работает, то сделают все, чтобы жизнь на отборе тебе малиной не казалась. И постараются любой ценой вывести из игры.

Я совсем загрустила: не было печали — поехала баба на отбор…

Между тем, Претемнейший продолжил еще более серьезно:

— И главное, Регина… — я напряглась, и приготовилась услышать что-то совсем пугающее. — Главное, во время еды не ставь локти на стол, и не чавкай! Ну и в носу не ковыряйся, конечно.

Вот ведь зараза балаганная! Да у меня манеры просто идеальные! Меня мама в пятнадцать лет на целый год заперла в частной школе для благородных девиц. Там меня так муштровали, что теперь я любой аристократке могу нос утереть своими манерами!

Поэтому я вежливо и благородно улыбнулась ржущему Станисласу и коротким баскетбольным замахом метнула в него сумочку, что дала мне с собой Зури.

Не долетев несколько сантиметров, сумка раскрылась и из нее посыпались разные разности.

Сначала вылетел флакон духов, который, как по заказу, открылся и вылился на бархатный камзол любителя язвить.

Следом выпала коробочка с пудрой, и с ног до головы припорошила мокрого и благоухающего Станисласа.

И финальным аккордом выскочила баночка с жидкими румянами, которыми Зури утром пыталась замаскировать мою бледность. С баночки слетела крышка, и содержимое радостно брызнуло прямо на Претемнейшего, добавив сочных красок в получившуюся картину.

Причем, сама сумочка продолжала висеть в воздухе!

— Упс, — сказала я, от души наслаждаясь своей маленькой местью и таким замечательным поведением сумочки и ее содержимого.

Претемнейший тщательно оценил нанесенный ему ущерб. Затем поймал висящую в воздухе сумочку, прищурился и ядовито поинтересовался:

— Скажи-ка мне, ящерка моя, а когда и где ты успела овладеть магией?

Глава 19"

"Я недоуменно глянула на Станисласа и засмеялась:

— Что? Какой магией, о чем ты, друг мой впечатлительный? — выдавила сквозь смех.

Правда, когда услышала от него категоричное «Регина, раздевайся», смеяться расхотелось.