Скала Прощания. Том 2

И почему люди думают, будто ганты всего лишь животные? Некоторые вранны утверждают, что ганты всего лишь переросшие жуки или крабы, на которых они очень похожи, но Тиамак видел жуткий ум в безжалостных черных глазах. Должно быть, их создали Те Кто Выдыхают Тьму, а вовсе не Та Что Породила Человечество, как часто повторял старый Могаиб, но это не делало их глупыми.

Тиамак быстро изучил содержимое лодки, чтобы убедиться, что ганты ничего не забрали до того, как он очнулся. Все его жалкое имущество – несколько тряпок, служивших одеждой, Призывающая палка от старейшин племени, несколько кухонных принадлежностей, праща, а также свиток Ниссеса в мешке из промасленной кожи – было разбросано по дну лодки, но вроде бы оставалось в целости и сохранности.

В лодке лежал скелет рыбы, охота на которую привела его к неприятностям. За последние два дня озноба и безумия он, наверное, съел большую ее часть, если только это не сделали птицы, пока он спал. Тиамак попытался вернуться в то время, когда его мучила лихорадка, но сумел вспомнить лишь, как бесконечно орудовал веслом, а небо и вода кровоточили цветом, точно глазурь, стекающая с плохо обожженного кувшина.

Зажигал ли он огонь, чтобы вскипятить болотную воду перед тем, как промыть рану? В голове у него мелькали смутные картины попыток поджечь трут, лежавший в глиняной миске для приготовления еды, но он не знал, получилось ли у него."

"От напряженных попыток вызвать воспоминания голова у Тиамака закружилась, и он сказал себе, что нет никакого смысла жалеть о том, чего не случилось.

Очевидно, он все еще болен; у него оставался только один шанс: добраться до Кванитупула, до того как вернется лихорадка. Грустно покачав головой, Тиамак выбросил скелет рыбы за борт – его размер доказывал, что он поймал великолепную рыбу, – после чего надел рубашку, его снова начало знобить. Он прислонился спиной к корме лодки, потянулся к шляпе, которую сплел из листов пальмы в первый день путешествия, и поглубже надвинул ее на лоб, чтобы защитить слезившиеся глаза от яркого полуденного солнца. Плеснув водой в лицо, он взялся за шест и принялся упрямо направлять лодку вперед, хотя мышцы у него болели все сильнее после каждого движения.

Ночью к нему вернулась лихорадка. Когда Тиамак снова вырвался из ее хватки, он обнаружил, что его плоскодонка плавает кругами в спокойной застойной воде. Распухшая нога продолжала болеть, но хуже не стало. Если повезет, он скоро доберется до Кванитупула и не потеряет ее.