Скала Прощания. Том 2

Джошуа поднял колено и правую руку, чтобы удержать противника на расстоянии, затем сумел другой рукой закрыться от Утварта Найделом, но более сильный тритинг медленно потащил свое оружие вверх, вдоль запястья принца, отбросил Найдел, и кривой меч начал приближаться к горлу Джошуа. На лице принца появилась гримаса абсолютного и полного напряжения, на худой руке выступили жилы. Его невероятное усилие на мгновение остановило меч, и мужчины сцепились – грудь к груди.

Чувствуя, что у принца заканчиваются силы, Утварт сжал сильнее своего не такого крупного врага и улыбнулся, подтягивая к себе Джошуа, медленно, словно в ритуальном танце.

Толпа перестала вопить. Где-то наверху закричал журавль, а потом над полем повисла тишина.

– Теперь, – радостно заявил тритинг, нарушив наступившую тишину. – Утварт тебя будет убивать.

Джошуа неожиданно перестал сопротивляться и, резко отвернув голову в сторону, бросился вперед, прямо в объятия врага.

Когда Утварт взревел от удивления и боли, Джошуа зацепился ногой за икру тритинга и толкнул его. Утварт не смог сохранить равновесие и рухнул назад. Джошуа упал вместе с ним, и меч тритинга пролетел мимо его плеча. Когда Утварт ударился о землю и зашипел, Найдел оказался на свободе, а еще через мгновение его острие скользнуло вверх под подбородок тритинга, прошло сквозь челюсть и вонзилось в голову.

Джошуа откатился в сторону, высвободившись из хватки Утварта, и поднялся на ноги, на землю полилась кровь. Он немного постоял на дрожавших ногах, беспомощно опустив ослабевшие руки вдоль тела, затем посмотрел на тело, лежавшее у его ног."

"– Ты высокий, – задыхаясь, проговорил он. – Но это ты слишком много болтаешь.

Через мгновение его глаза закатились и он тяжело повалился на грудь поверженного тритинга. Они лежали вместе, их кровь смешивалась, казалось, что на лугах все замерло и наступила оглушительная тишина.

Часть третья. Сердце бури

Глава 18. Потерянный сад

После долгого пребывания в бездонной бархатной пустоте Саймон наконец вернулся к тусклым границам между беспамятством и бодрствованием. Он пришел в себя в темноте, на краю сна, и понял, что в его сознании вновь звучит голос, как во время кошмарного бегства из аббатства Скоди.