Система-Самоцветы: Тени за спиной

Похоже у Никиты с Витей нервы оказались покрепче, во всяком случае они смотрели на труп довольно равнодушно и лишь у Чернова немного подергивалось левое веко.

— Как ты думаешь, вампир? — спросил Витя.

— Да хер его знает, — пожал плечами Никита. — На гота никак не похож, на байкера тоже, ни одной татухи, вообще без шансов угадать.

— Разве у вампиров не должно быть клыков? — спросил я, более-менее придя в себя после шока от увиденного.

— Нет, а с чего ты взял, что они должны у них быть? — удивленно спросил Витя.

Хм, если хорошенько подумать, то действительно ни у кого из вампиров кроме Тимура и Вики я клыков и не видел. Как-то странно. Хотя, с другой стороны, я особо и не присматривался. Но ведь у некоторых клыки все-таки были, разве нет?

— Ну, просто у Тимура и Вики с клыками полный порядок насколько я заметил или мне показалось?

— Макс, это у них такая фишка, — ответил Северов.

Понял, конечно, что тут непонятного? Хрен поймешь этих вампиров — в кино одно показывают, на самом деле совсем другое происходит!

Витя приоткрыл остальные трупы — все они были в таком—же «вскрытом» состоянии, как и первый. Трое из пяти трупов точно были вампирами. Я приоткрыл последний, шестой труп рядом с которым стоял сам и меня бросило в жар.

— Вот сука! Долбанные «лесники»! — воскликнул я, не сумев сдержаться.

На кушетке лежала та самая белокурая вампирша, которую я спас на своем втором Системном задании! Офигеть!

— Что случилось, Макс? — спросил Никита. — Ты что там, призрака увидел?

— Можно и так сказать в некотором смысле — призрака из прошлого, — ответил я и указал на девчонку. — Видите эту девушку?

— Ну? — ребята обступили кушетку и даже Ольга выглядывала из-за спины Чернова зажав рот рукой.

— Несколько дней назад я спас эту девушку, она жила на Новоясеневском проспекте. Теперь вот, лежит со вспоротым животом, — некоторое время все молчали, и я добавил. — Она пыталась покончить жизнь самоубийством и эта девчонка точно вампирша, я в этом уверен.

Примерно с минуту мы смотрели на вампиршу и каждый был поглощен своими мыслями.