Синий вирус любви

Просматривая названия документов, не видела ничего, что меня интересовало. Неужели они самоуничтожились? Или все настолько плохо, что папа перенес отчеты к более серьезным документам, на новый виток защиты?

Практически в самом конце списка нашла отчеты по нужному объекту. Ура! Открываем, читаем и… ничего. Совсем ничего интересного. Неужели они не нашли место, где мы провалились? На ЗИФе больше нет таких аномалий? Мы со Стоуном единственные пострадавшие? Или это не из-за планеты?

Пока раздумывала, взгляд упал на документ с необычным названием: «Опасность среди своих».

В списке были имена военных с пометками «опасен», «нейтрален», «друг». Я просматривала фамилии, запоминала пометки. И только напротив имени Алека Стоуна стоял знак вопроса. Что за список? И почему в него занесены соратники отца и сослуживцы?

— Виктория, ужин готов!

Вздрогнув от крика мамы, закрыла все документы и вышла из профиля отца. Внутри все похолодело от неприятного предчувствия.

Стоп! Нагнетать обстановку не нужно, но при случае необходимо поговорить с папой. А пока остается только ждать.

* * *"

"Кончиками пальцев я скользила по груди драга, поглаживала ее, прижимаясь всем телом к обнаженному мужчине. Ощущение оказалось божественным. Соприкосновение тел, не разделенных тканью, кожа к коже — все это вызвало взрыв фееричных эмоций.

Мы никуда не спешили. Несмотря на то, что прошлый раз не принес нам того удовлетворения, на которое мы рассчитывали, никто не мешал попробовать снова. И сейчас мы старались растягивать удовольствие, продлевать каждый миг, хоть голод во взглядах друг на друга говорил совсем о других желаниях.

Неожиданно он уступил своей природе и, опрокинув на постель, перехватил мои руки над головой, удерживая их и привнося тем самым в происходящее между нами непередаваемое очарование.

Влажные, теплые, сладкие губы Стоуна жадно прикусывали мои. Наши объятия становились все крепче и жарче, дыхание сбивалось от сладкой истомы.