Сирийский рубеж 2

Запуск, — услышал я в наушниках запрос от Олега Игоревича.

— Добрый день! Разрешил. Ветер на старте 310° с порывами до 12 м/с, — ответил руководитель полётами.

Запуск произвели быстро и начали руление. Тобольский был впереди и не торопился занимать полосу.

— 302-й, готовность, — запросил он у меня, когда я вырулил на полосу.

— 30 секунд.

На вертолёте быстро вырулил на осевую линию и развернулся против ветра. Как и Олег Игоревич. Мысли в этот момент были только о полёте. Даже приезд генерала Чагаева не смог сбить мой настрой.

— Внимание! Взлетаем! — скомандовал Тобольский, и мы аккуратно оторвались от полосы.

Зависли, выполнили синхронно несколько разворотов вокруг своей оси. Некий элемент театральности в показе должен присутствовать.

— 2-й, разгон. Паашли! — дал команду Тобольский, и я отклонил ручку управления от себя.

Скорость начала расти. Курс держим с таким расчётом, чтобы пройти точно над делегацией. Ветер на первых порах мешал, а теперь ощущается не сильно.

— Прибор 160. Пошли по кругу.

— Понял, — ответил я."

"Разворот влево и вот мы уже рассматриваем аэродром с другого ракурса. Своего ведущего пары держусь и стараюсь не отставать. Благо слётанность у нас отработана.

— Паре роспуск. 2-й, самостоятельно, — дал мне команду Тобольский, и я отвернул вправо.

Выполнив разворот, быстро ушёл на предельно малую высоту. Снизился до уровня отметки об опасной высоте. Она у меня на радиовысотомере установлена на отметке в 15 метров.

Ещё один проход рядом с делегацией. Теперь ещё ниже.

Скорость начинает падать. Приближается к отметке вывода. Пора!

— Разворот. Пикирую, — выдохнул я, разворачивая вертолёт.

На пикировании слегка повис на ремнях, но дискомфорта не почувствовал. Подходит высота вывода. И снова «горка»!

Закончив этот манёвр, я отошёл в зону ожидания. Пока что «на сцене» Тобольский. У него по программе и косая петля, и боевой разворот, и простые спирали и висения на малой высоте.

Весь пилотаж занял не более 10-15 минут.

— 2-й, я закончил, — вышел в эфир Олег Игоревич и начал заходить на посадку.

Теперь и я должен показать несколько манёвров.

Выхожу на «точку», осматривая внешнее пространство за кабиной. Только начинаю зависать, как ощущаю влияние ветра. Приходится парировать отклонения.

— «Воронка», — проговорил я и начал крутиться, опустив нос вниз.

Перед глазами только зелёное лётное поле.

Продолжаю вращаться, но теперь надо изменить направление.